РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
29 сентября 2026 года г. Иркутск
Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Глуховой М.А., при секретаре судебного заседания Балдаеве Д.А., с участием представителя истцов ФИО13, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2714/2026 по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Администрации города Иркутска, Публичному акционерному обществу «Яковлев» о признании права общей долевой собственности на жилое помещение в порядке приватизации,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в суд с иском, в обоснование которого указали, что занимают двухкомнатную квартиру общей площадью 50,8 кв. м с кадастровым номером № по адресу: г. Иркутск, <адрес>. Нанимателем квартиры по ордеру № серии АБ от 30 июля 1997 года являлась ФИО7, в ордер в качестве члена семьи нанимателя включен ее сын ФИО8 Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 23 января 2006 года по гражданскому делу № ФИО9 признана членом семьи нанимателя, за нею и ее несовершеннолетними детьми ФИО10 и ФИО11 признано право пользования указанной квартирой. Впоследствии все трое переменили фамилию на ФИО14. Наниматель ФИО7 умерла 2 ноября 2004 года, ФИО8 умер 2 марта 2014 года. Истцы продолжают проживать в квартире и состоят в ней на регистрационном учете по месту жительства, иных лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением, не имеется. Реализовать право на приватизацию во внесудебном порядке истцы не смогли, письмом администрации города Иркутска от 18 апреля 2016 года № в предоставлении муниципальной услуги отказано, поскольку жилое помещение не относится к муниципальному жилищному фонду. По сведениям органов, ведущих реестры имущества, квартира не значится ни в реестре муниципального имущества города Иркутска, ни в реестре государственной собственности Иркутской области, ни в реестре федерального имущества. На балансе организации, построившей дом, квартира также не состоит. Полагая, что отсутствие сведений о собственнике не может лишать их права на однократное бесплатное приобретение занимаемого жилья в собственность, истцы просили признать за ними право общей долевой собственности в равных долях каждому на указанную квартиру.
Истцы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о времени и месте рассмотрения дела судом извещены, участия в судебном заседании не принимали.
Представитель истцов ФИО13 в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям.
Ответчик Администрация города Иркутска о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал, представил письменный отзыв, в котором сообщил, что спорное жилое помещение в реестре муниципального имущества города Иркутска не значится, поскольку в муниципальную собственность в установленном порядке не передавалось, вследствие чего права Администрации заявленным иском не затронуты. Отсутствие жилого дома в реестрах собственности всех уровней не может умалять право пользования истцов спорным жилым помещением, в том числе право на бесплатную передачу жилья в собственность граждан в соответствии с Законом о приватизации жилищного фонда.
Ответчик Публичное акционерное общество «Яковлев» о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал, направил отзыв, указав следующее. Общество (прежние наименования – ОАО «Иркутское авиационное производственное объединение», ПАО «Научно-производственная корпорация «Иркут») образовано в результате приватизации государственного предприятия и в соответствии с Планом приватизации, утвержденным распоряжением Комитета по управлению имуществом от 1 марта 1993 года № 188/АК, приобрело право собственности только на имущество, включенное в уставный капитал. Согласно пункту 13 Плана приватизации <адрес> был включен в него как объект незавершенного строительства. Поскольку строительство дома, начатое в 1986 году, затянулось и к моменту приватизации предприятия дом оставался незавершенным, руководством организации было принято решение достроить его способом жилищно-строительного кооператива с привлечением средств работников. После ввода в эксплуатацию квартиры выдавались работникам общества по договорам аренды с правом выкупа, с условием отработки в течение десяти лет, с условием сдачи старых квартир в обмен на новые, с условием переселения из домов, переданных под снос, а также работникам бюджетной сферы. В 2013 году в соответствии с Планом реализации непрофильных активов дом списан с баланса общества. Возражений против иска по существу общество не заявило, просив рассмотреть требования исходя из представленных истцами доказательств.
На основании ст. 167 ГПК РФ (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие представителей ответчиков.
Выслушав представителя истцов, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» гражданам Российской Федерации, имеющим право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, предоставлено право приобрести их в общую собственность либо в собственность одного лица с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет. Согласно статье 11 того же Закона каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз. В силу ст. 8 Закона в случае нарушения прав гражданина при решении вопросов приватизации жилых помещений он вправе обратиться в суд.
Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», исходя из смысла преамбулы и статей 1, 2 названного Закона гражданам не может быть отказано в приватизации занимаемых ими жилых помещений на предусмотренных этим Законом условиях, если они обратились с таким требованием. Согласно разъяснениям, содержащимся в ответе на вопрос 22 Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2005 года, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 10 августа 2005 года, если гражданин по не зависящим от него причинам не может реализовать свое право на приватизацию принадлежащего ему по договору социального найма жилого помещения, он вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности в судебном порядке. Если жилые помещения, предоставленные гражданам по договору социального найма до 1 марта 2005 года, фактически не переданы в муниципальную собственность, право собственности на такие помещения может быть признано за гражданином в судебном порядке и подлежит государственной регистрации на основании судебного решения.
Разрешая спор, суд прежде всего устанавливает, относилось ли спорное жилое помещение на момент его предоставления к жилищному фонду, приватизация помещений которого допускается.
Судом установлено, что квартира по адресу: г. Иркутск, <адрес>, предоставлена ФИО7 на основании ордера № серии АБ от 30 июля 1997 года, в который в качестве члена семьи нанимателя включен ее сын ФИО8 Это обстоятельство установлено вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 23 января 2006 года по гражданскому делу №.
В отношении ответчика ПАО «Яковлев» указанное обстоятельство в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ не доказывается вновь и не подлежит оспариванию, поскольку в том деле в качестве ответчиков участвовали Иркутский авиационный завод – филиал ПАО «Корпорация «Иркут» и ООО «Иркут – ЖКУ», а ПАО «Яковлев» является тем же юридическим лицом, сменившим наименование.
Для администрации города Иркутска, в деле № не участвовавшей, названное решение преюдициального значения не имеет и оценивается судом как письменное доказательство по правилам ст. 67 названного Кодекса. При этом Администрация обстоятельство предоставления квартиры по ордеру не оспаривает, а само по себе оно подтверждается также ордером и поквартирной карточкой формы 17.
Правовое значение ордера определяется законодательством, действовавшим на момент его выдачи. Жилищный кодекс РСФСР утратил силу с 1 марта 2005 года, однако к жилищным отношениям, возникшим до этой даты, и к правам и обязанностям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, он подлежит применению в силу ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации». Ордер выдан 30 июля 1997 года, вселение нанимателя и членов его семьи состоялось в 1997 – 1998 годах, вследствие чего основания и порядок возникновения права пользования квартирой оцениваются по нормам Жилищного кодекса РСФСР.
В соответствии со ст. 5 Жилищного кодекса РСФСР жилищный фонд включал, в частности, жилые дома и жилые помещения, принадлежащие государству (государственный жилищный фонд), а также жилые дома, принадлежащие жилищно-строительным кооперативам (фонд жилищно-строительных кооперативов). Согласно ст. 6 того же Кодекса государственный жилищный фонд находился в ведении местных Советов народных депутатов (жилищный фонд местных Советов) и в ведении министерств, государственных комитетов и ведомств (ведомственный жилищный фонд).
Статьей 43 Жилищного кодекса РСФСР был установлен порядок предоставления жилых помещений в домах ведомственного жилищного фонда – по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, утвержденному исполнительным комитетом соответствующего Совета народных депутатов, а ст. 47 предусматривалось, что на основании решения о предоставлении жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда гражданину выдается ордер, который является единственным основанием для вселения в предоставленное жилое помещение.
Суд учитывает, что выдачей ордера сопровождалось заселение не только домов государственного и общественного жилищного фонда, но и домов жилищно-строительных кооперативов (ст. 118 Жилищного кодекса РСФСР), вследствие чего сам по себе факт выдачи ордера принадлежность жилого помещения к тому или иному виду жилищного фонда не предрешает. Однако вид фонда и правовая природа сложившихся отношений применительно к спорной квартире уже установлены вступившим в законную силу судебным постановлением. При рассмотрении дела № суд прямо указал, что ордер не признан недействительным и в соответствии со ст. 47 Жилищного кодекса РСФСР – то есть по норме, регулирующей фонд государственный и общественный, а не кооперативный, является основанием для вселения в жилое помещение. Возникшие отношения суд квалифицировал как отношения по договору найма, рассмотрел по существу требование о расторжении договора найма и применил статьи 53, 54, 89 Жилищного кодекса РСФСР и ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации.
Ордер № серии АБ от 30 июля 1997 года недействительным не признавался. Предусмотренный ст. 48 Жилищного кодекса РСФСР трехлетний срок для заявления такого требования истек в 2000 году. Участвовавший в деле № в качестве ответчика Иркутский авиационный завод – филиал ПАО «Корпорация «Иркут» исковые требования ФИО9 о признании права пользования квартирой признал и правопритязаний на квартиру не заявлял, не заявляет их и его правопреемник при рассмотрении настоящего дела.
С учетом изложенного суд признает установленным, что спорная квартира на момент ее предоставления относилась к ведомственному жилищному фонду, а вселение в нее нанимателя и членов его семьи произведено в порядке, предусмотренном для государственного жилищного фонда.
Пользование жилыми помещениями в домах государственного и общественного жилищного фонда осуществлялось в соответствии с договором найма жилого помещения, который заключался на основании ордера с гражданином, на имя которого ордер выдан (статьи 50, 51 Жилищного кодекса РСФСР). По ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, этот Кодекс применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие. Жилищный кодекс Российской Федерации для жилых помещений государственного и муниципального жилищного фонда, занимаемых гражданами по договору найма, иного режима, помимо социального найма, не предусматривает (ч. 1 ст. 49, ст. 60 названного Кодекса).
Установленное ч. 2 ст. 7 Федерального закона № 189-ФЗ изъятие, в силу которого к пользованию помещениями в зданиях бывших государственных предприятий применяются нормы главы 35 Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре найма, касается только помещений, использовавшихся в качестве общежитий или служебных жилых помещений. Спорная квартира к таковым не относится, что подтверждается сведениями Единого государственного реестра недвижимости об отсутствии данных об отнесении жилого помещения к специализированному жилищному фонду. Следовательно, возникшие из ордера отношения найма после 1 марта 2005 года являются отношениями по договору социального найма.
Статьей 18 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» установлено, что при переходе государственных или муниципальных предприятий в иную форму собственности либо при их ликвидации жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий, должен быть передан в хозяйственное ведение правопреемников этих предприятий либо в ведение органов местного самоуправления в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе права на приватизацию жилых помещений. Разъясняя применение этой нормы, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 4 постановления от 24 августа 1993 года № 8 указал, что гражданину не может быть отказано в приватизации жилого помещения в домах таких предприятий и в том случае, если изменение формы собственности имело место до вступления в силу статьи 18 названного Закона. Вместе с тем это положение не должно применяться, если правопреемники, изменившие форму собственности государственных и муниципальных предприятий, на свои средства построили либо приобрели незаселенное жилое помещение, которое впоследствии явилось предметом спора о приватизации.
Из постановления мэра города Иркутска от 11 декабря 1998 года № 031-06-1470/8 следует, что им утвержден акт государственной приемочной комиссии о приемке в эксплуатацию блока № 2 (30 квартир) жилого дома по <адрес>, построенного ОАО «Иркутское авиационное производственное объединение» за счет собственных средств, общей площадью 1570,5 кв. м, и присвоен почтовый адрес: <адрес>.
Указание на строительство за счет собственных средств содержится в этом постановлении применительно к блоку № 2, принятому в эксплуатацию 11 декабря 1998 года. Между тем ордер на спорную квартиру выдан 30 июля 1997 года, то есть более чем за год до приемки данного блока, а вселение нанимателя состоялось в 1997 году, что установлено решением суда от 23 января 2006 года и показаниями допрошенных по тому делу свидетелей. Заселение по ордеру помещения в блоке, не принятом в эксплуатацию, исключается, в связи с чем приведенная в постановлении характеристика источника финансирования к квартире № № не относится. Какого-либо документа, позволяющего отнести квартиру № № к тому или иному блоку дома, в материалах дела не имеется. Ответчик в отзыве ссылается на акт государственной приемочной комиссии от 3 апреля 1997 года, однако содержание этого акта не раскрывает и вопрос о том, какому блоку он соответствует, не поясняет.
Бремя доказывания того, что спорное жилое помещение относится к частному жилищному фонду и на него не распространяется право на бесплатную приватизацию, в силу ст. 56 ГПК РФ лежит на ответчике, заявляющем об этом. Таких доказательств не представлено.
Суд также учитывает, что пунктом 2.2 постановления мэра города Иркутска от 11 декабря 1998 года № 031-06-1470/8 на ОАО «Иркутское авиационное производственное объединение» возложена обязанность заселить жилой дом № № в установленном законодательством Российской Федерации порядке, что согласуется с выдачей ордера как единственного основания для вселения, а пунктом 2.3 – обязанность обратиться за государственной регистрацией права собственности на жилой дом, которая обществом исполнена не была. Неисполнение организацией и органами публичной власти собственных обязанностей по оформлению принадлежности жилищного фонда не может умалять жилищных прав граждан, вселенных в такой фонд на законных основаниях, и лишать их права на однократное бесплатное приобретение занимаемого жилого помещения в собственность.
Право истцов пользоваться спорной квартирой сомнению не подвергается и подтверждено вступившим в законную силу судебным постановлением. По сообщению Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации города Иркутска от 6 ноября 2019 года №, а также Комитета по управлению Ленинским округом администрации города Иркутска от 4 марта 2024 года № и от 26 марта 2024 года № многоквартирный жилой дом по <адрес>, и расположенная в нем квартира № № в реестре муниципального имущества города Иркутска не значатся и в муниципальную собственность не передавались.
Согласно ответу Министерства имущественных отношений Иркутской области от 17 марта 2026 года № объект в реестре имущества, находящегося в государственной собственности Иркутской области, не учтен.
По информации Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области от 29 апреля 2026 года № сведения об объекте в реестре федерального имущества отсутствуют.
Письмом Иркутского авиационного завода – филиала ПАО «Научно-производственная корпорация «Иркут» от 29 октября 2019 года № сообщено, что квартира на балансе общества не состоит и в бухгалтерском учете не числится.
Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости объект имеет статус «актуальные, ранее учтенные», записи о зарегистрированных правах, правопритязаниях и заявленных в судебном порядке правах требования отсутствуют.
Установленное положение свидетельствует о том, что истцы по не зависящим от них причинам лишены возможности заключить договор передачи жилого помещения в собственность в порядке, предусмотренном статьями 6, 7 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», поскольку отсутствует субъект, уполномоченный такой договор заключить. Иного, помимо судебного, способа оформления права собственности у истцов не имеется.
Предусмотренных ст. 4 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» ограничений приватизации спорного жилого помещения не установлено. По сведениям Единого государственного реестра недвижимости сведения о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции и о признании жилого помещения непригодным для проживания отсутствуют. Отсутствуют и сведения об отнесении жилого помещения к определенному виду жилых помещений специализированного жилищного фонда. Квартира является отдельной двухкомнатной, что подтверждено справкой муниципального казенного учреждения «Сервисно-регистрационный центр» г. Иркутска от 24 марта 2016 года № 2-С2-000476.
Условие однократности приватизации, установленное ст. 11 названного Закона, истцами соблюдено. Справкой МУП «БТИ г. Иркутска» от 1 февраля 2016 года № подтверждено, что Тетериной (ФИО14) А.В. в период с 4 июля 1991 года по 17 августа 1998 года право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилых помещений на территории г. Иркутска не использовано. Выписками из Единого государственного реестра недвижимости от 13 июля 2026 года в отношении ФИО2 и в отношении ФИО4, а также уведомлением от 13 июля 2026 года в отношении ФИО3 подтверждено, что за период с 31 января 1998 года по 1 июля 2026 года прав, приобретенных в порядке приватизации, за истцами не регистрировалось: объекты недвижимости, принадлежавшие ФИО2, приобретались ею по договорам купли-продажи и в настоящее время отчуждены, доля ФИО4 в праве на земельный участок приобретена по договору дарения от 4 сентября 2019 года, за ФИО3 объекты недвижимости не значатся. ФИО3 и ФИО4 родились соответственно 1 марта 1999 года и 26 сентября 2000 года и в приватизации участвовать до этих дат не могли.
Круг лиц, имеющих право пользования квартирой и, соответственно, право на участие в приватизации, определен. Согласно справке МКУ «Сервисно-регистрационный центр» г. Иркутска от 21 мая 2026 года №-С6-001019 в жилом помещении зарегистрированы три человека – ФИО2 с 10 февраля 1998 года, ФИО3 с 17 апреля 2000 года и ФИО4 с 30 октября 2000 года, то есть все истцы.
Наниматель ФИО7 умерла 2 ноября 2004 года. ФИО8, которого решением суда от 23 января 2006 года надлежало вселить в квартиру и в иске о признании которого не приобретшим право на жилое помещение было отказано, умер 2 марта 2014 года. Право пользования жилым помещением по договору социального найма в состав наследства не входит и по наследству не переходит, а членов семьи ФИО8, которые проживали бы совместно с ним в спорной квартире и приобрели бы вследствие этого право пользования ею, не имеется, по обстоятельствам, установленным решением от 23 января 2006 года, сам ФИО8 в квартире не проживал.
Таким образом, все лица, имеющие право на приватизацию спорного жилого помещения, участвуют в деле в качестве истцов, и требуемое ст. 2 Закона согласие всех таких лиц выражено предъявлением совместного иска.
Перемена истцами фамилии подтверждена свидетельствами о перемене имени от 16 августа 2024 года в отношении ФИО2 и от 21 января 2020 года в отношении ФИО3 и ФИО4, в связи с чем тождество истцов с лицами, за которыми решением суда от 23 января 2006 года признано право пользования квартирой, сомнений не вызывает.
Требования предъявлены к надлежащим ответчикам. ПАО «Яковлев» является правопреемником организации, построившей жилой дом и заселившей спорную квартиру, на которую пунктом 2.3 постановления мэра города Иркутска от 11 декабря 1998 года № 031-06-1470/8 была возложена и не исполнена обязанность обратиться за государственной регистрацией права собственности на жилой дом. Администрация города Иркутска является органом местного самоуправления, в ведение которого в силу ст. 18 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» подлежал передаче жилищный фонд, находившийся в хозяйственном ведении государственного предприятия, и который отказал истцам в предоставлении муниципальной услуги по передаче жилого помещения в собственность. То обстоятельство, что ни один из ответчиков в настоящее время не заявляет о своих правах на квартиру, не свидетельствует о предъявлении иска к ненадлежащим ответчикам, поскольку именно от их действий зависела возможность оформления истцами права собственности во внесудебном порядке.
О применении исковой давности ни одним из ответчиков не заявлено.
При изложенных обстоятельствах суд находит требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, за истцами следует признать право общей долевой собственности на спорную квартиру в равных долях, по одной третьей доле за каждым, в порядке приватизации. Способ защиты права избран истцами правильно и соответствует ст. 12 ГК РФ.
Настоящее решение в силу ст. 58 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» является основанием для осуществления государственной регистрации права общей долевой собственности истцов на жилое помещение.
Требований о возмещении судебных расходов, в том числе расходов по уплате государственной пошлины, истцами не заявлено, в связи с чем вопрос об их распределении судом не разрешается.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4 удовлетворить.
Признать за ФИО2 (СНИЛС №) право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиру с кадастровым номером № общей площадью 50,8 кв. м, расположенную по адресу: <адрес>, в порядке приватизации.
Признать за ФИО3 (СНИЛС №) право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиру с кадастровым номером № общей площадью 50,8 кв. м, расположенную по адресу: <адрес>, в порядке приватизации.
Признать за ФИО4 (СНИЛС №) право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиру с кадастровым номером № общей площадью 50,8 кв. м, расположенную по адресу: <адрес>, в порядке приватизации.
Настоящее решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости записей о государственной регистрации права общей долевой собственности ФИО2, ФИО3, ФИО4 на указанное жилое помещение.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.А. Глухова
Мотивированное решение составлено 9 октября 2026 года.