РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 апреля 2026 года г. Уссурийск
Уссурийский районный суд Приморского края в составе:
председательствующего судьи Денисовой Ю.С., с участием старшего помощника прокурора Здоренко Е.В., при секретаре судебного заседания Бормотко Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кудьяровой Н. Н. к Кожевникову А. И. о взыскании компенсации морального вреда, выслушав представителя истца по доверенности Шайтанова А.А., представителя ответчика по доверенности Тихую С.В.,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратилась в суд с указанным иском к ответчику, мотивируя свои требования следующим. Истица является супругой ФИО7, который в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ работал в должности сборщика изделий из мебели у ИП Кожевникова А.И. В период осуществления трудовой деятельности на предприятии ответчика ДД.ММ.ГГ примерно в 15 час. 00 мин. ФИО7 по заданию работодателя производил работу на распиловочном станке – распиливал мебельный щит. В ходе работы произошел несчастный случай, супругу истицы циркулярной пилой отрезало три фаланги пальцев правой руки. Из медицинской карты больного КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ» следует, что ФИО7 получил травмы: S68.8 Травматическая ампутация других частей запястья и кисти. Травматический отрыв 2-3-4 пальцев до уровня средних фаланг, рвано-ушибленные раны 2-3-4 пальцев. По факту обращения ФИО7 в правоохранительные органы было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГ в виду того, что ответчик отрицал факт его трудовой деятельности. ДД.ММ.ГГ решением Уссурийского районного суда исковые требования ФИО7 к Кожевникову А.И. о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично. В результате действий ответчика супругу истицы были причинены физические и нравственные страдания, связанные с утратой трудоспособности, потерей работы, невозможностью продолжить активную деятельность, постоянной физической болью, связанной с причиненным увечьем. В этой связи истец, как супруга пострадавшего ФИО7, испытала эмоциональное потрясение, вызванное сильным переживанием, длительный период времени осуществляла за ним уход, поскольку он не имел возможности полноценно ухаживать за собой. Семья истца проживает в частном доме, имеет хозяйство и большой огород. Период лечения супруга истицы после травмы пришелся на период осенней уборки урожая, и заниматься хозяйственными делами пришлось истцу. Ответчик же не проявил сочувствие к сложившейся ситуации и уволил ФИО7 На основании изложенного, истец просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 3000 руб.
Представитель истца в судебном заседании на иске настаивал, пояснил, что пострадавший супруг истицы является главой семьи, в связи с полученной им травмой большая часть мужских обязанностей по дому и быту легла на истицу. Помимо женских обязанностей, истице было необходимо ухаживать за супругом, находить денежные средства, поскольку ответчик не признал факт трудовых отношений и не оказал поддержку семье истицы. Инвалидность ФИО7 не устанавливалась. В настоящее время он трудоустроился водителем в такси, однако трудиться было тяжело. После ампутации пальцев у ФИО7 была сильная боль в руке, он не мог ею двигать, обслуживать себя, ему была необходима помощь на протяжении трех месяцев. Также у него было морально надломленное состояние, истица оказывала ему психологическую поддержку. Факт трудовых отношений между ФИО7 и ответчиком был установлен решением Михайловского районного суда Приморского края.
Представитель ответчика в судебном заседании с иском была не согласна, представила отзыв на иск, в удовлетворении требований просила отказать. Ссылалась на то, что травма ФИО7 была получена не в результате выполнения должностных обязанностей и не по поручению ответчика, поскольку в должностные обязанности ФИО7 входила сборка мебели, а не её распиловка, в связи с чем он не ознакамливался с техникой безопасности. Трудовой инспекцией проводилась проверка в отношении ответчика, опрашивались другие сотрудники, которые поясняли, что ФИО7 в момент получения травмы производил распиловку доски для своего знакомого, в ходе распиловки доски перчатка зацепилась за пилу и пальцы попали под неё. Причиной получения травмы являлась неосторожность ФИО7 Истица не представила доказательств причинения ей морального вреда со стороны ответчика.
Суд, выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, считавшего иск подлежащим удовлетворению в части, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к следующим выводам.
Как установлено в судебном заседании, ФИО7 и Кудьярова (до заключения брака Корягина) Н.Н. заключили брак ДД.ММ.ГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака III-BC XXXX.
Решением Михайловского районного суда Приморского края по гражданскому делу XXXX от ДД.ММ.ГГ исковые требования ФИО7 удовлетворены частично, установлен факт трудовых отношений между ФИО7, как работником, и ИП Кожевниковым А.И., как работодателем, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в должности сборщика изделий мебели, с ИП Кожевникова А.И. в пользу ФИО7 взыскана компенсация за неиспользованный отпуск в размере 242 809,74 руб., компенсация за задержку выплат за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 109 369,60 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. Решением Михайловского районного суда Приморского края от ДД.ММ.ГГ вступило в законную силу ДД.ММ.ГГ.
ДД.ММ.ГГ ФИО7 обратился в КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ» с диагнозом «травматическая ампутация других частей запястья и кисти», проходил с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ стационарное лечение, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ – амбулаторное лечение.
Согласно эпикризу выписного стационара из медицинской карты больного и карте пострадавшего от травмы XXXX КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ», ФИО7 ДД.ММ.ГГ получил травмы: травматическая ампутация других частей запястья и кисти; травматический отрыв 2-3-4 пальцев до уровня средних фаланг, рвано-ушибленные раны 2-3-4 пальцев. Согласно заключению эксперта XXXX от ДД.ММ.ГГ, выполненному ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» данные телесные повреждения в совокупности по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности в размере 30% квалифицируются как вред здоровью средней тяжести (указано в решении суда от ДД.ММ.ГГ).
В связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, ФИО7 обратился в Уссурийский районный суд Приморского края с иском к Кожевникову А.И. о компенсации морального вреда 1 млн.руб.
Решением Уссурийского районного суда Приморского края по гражданскому делу XXXX от ДД.ММ.ГГ исковые требования ФИО7 удовлетворены частично, с Кожевникова А.И. взыскана компенсация морального вреда в размере 300 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 3000 руб.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от ДД.ММ.ГГ решение Уссурийского районного суда Приморского края от ДД.ММ.ГГ оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО7 – без удовлетворения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с положениями Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 5 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Истцом Кудьяровой Н.Н. предъявлены требования к ответчику как лицом, являющимся членом семьи ФИО7, которому причинены повреждения здоровья при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве.
Поскольку решением Михайловского районного суда Приморского между ФИО7 и ИП Кожевниковым А.И. установлен факт наличия трудовых отношений в период получения ФИО7 травмы на рабочем месте, спорные правоотношения регулируются нормами Трудового кодекса РФ.
В силу статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) расследованию и учету в соответствии с главой 36 ТК РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний) при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе, нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других, чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы.
В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 10 марта 2011 г. № 2 несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть 3 статьи 227 ТК РФ).
Значимым обстоятельством для определения несчастного случая на производстве является не только нахождение работника на рабочем месте во время рабочего времени, но и исполнение работником обязанностей по трудовому договору или выполнение какой-либо работы по поручению работодателя, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах.
Статьей 56 ГПК РФ установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Событие, в результате которого ФИО7 получил повреждения здоровья, произошло во время исполнения им трудовых обязанностей, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, на территории, принадлежащей работодателю, ФИО7 относится к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя.
Так, согласно абзацу 4 части 2 статьи 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.
В соответствии со статьей 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Таким образом, трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда.
Доводы представителя ответчика о том, что супруг истицы в момент выполнения травмы не выполнял поручение ответчика, как работодателя, использовал собственную пилу на станке, суд отклоняет, поскольку данные доводы являются голословными, ФИО7 в момент получения травмы находился на рабочем месте, получил травму на станке, который принадлежит ответчику, и который не был оборудован специальной необходимой защитой – кожухом ограждения пильного диска.
Работник является более слабой стороной в споре с работодателем, на котором в силу прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений. Вместе с тем, трудовые отношения между ФИО7 и ответчиком надлежащим образом оформлены не были, следовательно, с должностной инструкцией, локальными нормативными актами работодателя, техникой безопасности и правилами использования станка ответчик ФИО7 не ознакамливал, аттестация рабочих мест в цеху не проводилась.
Ответчиком доказательства исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников не представлены. Напротив, из материалов дела усматривается бесконтрольный доступ к распиловочному станку ответчика неограниченного круга лиц.
Супруги Кудьяровы состоят в браке с 1992 года, следовательно, у суда имеются основания полагать, что между ними сложились тесные семейные связи, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством, обратное не доказано. Учитывая, что истица является супругой пострадавшего ФИО7, близким членом семьи, суд полагает доказанным факт причинения ей нравственных страданий, в связи с причинением вреда здоровья супругу.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает пояснения представителя истца о пережитых нравственных страданиях истицей, возникшую в результате получения травмы объективную бытовую необходимость ухода за супругом, отсутствие сведений о заглаживании причиненного морального вреда со стороны ответчика, требования разумности и справедливости, в связи с чем взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
В удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда в большем размере суд отказывает, полагая сумму истребуемой компенсации 1 000 000 руб. завышенной.
В силу ст.ст. 88, 98 ГПК РФ подлежит удовлетворению требование истца о взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины, поскольку они подтверждены документально, понесены истцом в связи с защитой нарушенного права.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Кудьяровой Н. Н. – удовлетворить частично.
Взыскать с Кожевникова А. И. (ИНН XXXX) в пользу Кудьяровой Н. Н. (паспорт XXXX XXXX) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы по оплате госпошлины 3000 руб.
В удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда в большем размере – отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Приморский краевой суд с подачей апелляционной жалобы через Уссурийский районный суд.
Председательствующий Денисова Ю.С.
Мотивированное решение изготовлено 12 мая 2026 года.