РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
8 апреля 2026 года г. Уссурийск
Уссурийский районный суд Приморского края в составе:
председательствующего судьи Денисовой Ю.С., с участием помощника прокурора Откидач Г.В., при секретаре судебного заседания Бормотко Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Полубинской О. АнатО. к ООО «Русагро-Приморье» о признании недействительным соглашения о расторжении трудового договора, признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, выслушав истца, её представителя по письменному ходатайству Крошко А.С., представителей ответчиков Ремеслову Н.Г., адвоката Гонохову А.А.,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратилась в суд с указанным иском к ответчику, мотивируя свои требования следующим. Истец с ДД.ММ.ГГ состояла в трудовых отношениях с ООО «Русагро-Приморье». За период работы истца её должность и условия труда неоднократно изменялись в сторону расширения функционала и повышения оплаты. У истца отсутствовали намерения прекращать трудовые отношения. Инициатива увольнения исходила от ответчика, истец согласие на увольнение не давала. Увольнение истца произошло вследствие получения результатов тестирования на полиграфе. В результате систематического психологического давления здоровье истца ухудшилось и ДД.ММ.ГГ истец была вынуждена обратиться за медицинской помощью, ей открыт листок нетрудоспособности на период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ. ДД.ММ.ГГ представители ответчика, зная о нахождении истца на больничном, настояли на подписании соглашения о расторжении трудового договора. В момент подписания соглашения истец находилась в подавленном состоянии, вызванном болезнью и длительным стрессом, принимала лекарственные препараты. После подписания соглашения об увольнении ДД.ММ.ГГ и издания приказа XXXXлс от ДД.ММ.ГГ работодатель не исполнил свои обязанности по надлежащему оформлению прекращения трудовых отношений, а именно, не организовал процедуру сдачи истцом обходного листа, не предъявлял требование о возврате какого-либо имущества. В настоящее время у истца находится ноутбук, принадлежащий ответчику, выданный истцу для исполнения служебных обязанностей. На основании изложенного, истец просила признать недействительным соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГ, заключенное между сторонами, признать незаконным приказ XXXXлс от ДД.ММ.ГГ об увольнении истца, восстановить на работе в ООО «Русагро-Приморье» в должности специалиста по учету и отчетности с ДД.ММ.ГГ, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГ по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
Истец в судебном заседании уточнила требования, с учетом представленной ответчиком справки о среднем дневном заработке, просила взыскать с ответчика в свою пользу средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ включительно 133 803,36 руб. В судебном заседании на исковых требованиях настаивала, в том числе на требовании о восстановлении на работе, поскольку с учетом её возраста и узкой специальности работу найти будет практически невозможно. Не отрицала, что направила на свой личный почтовый ящик таблицы Exel и прочие наработки, поскольку предполагала, что работодатель её уволит и прекратит доступ к указанной информации, которая в будущем может быть ей полезна на другом месте работы. Разглашать указанную информацию она не собиралась, собиралась использовать в личных целях, поскольку шаблоны расчетов она делала сама. Полагала, что её увольнение связано с результатами прохождения полиграфа, увольнение других сотрудников по данному основанию уже неоднократно производилось компанией. После прохождения полиграфа Головина сообщила истцу о том, что сотрудников, не прошедших полиграф, увольняют. После того, как ей озвучили результаты полиграфа, она стала просматривать объявления о вакансиях, однако прекращать трудовые отношения не хотела, другую работу не нашла, кроме того у нее имелись кредитные обязательства, находился на иждивении ребенок. В разговоре Машкович озвучила срок работы до ДД.ММ.ГГ. ДД.ММ.ГГ её непосредственный руководитель отстранил от выполнения функциональных обязанностей, поручил её обязанности другим сотрудникам, что истец расценила как давление со стороны работодателя, принуждение к подписанию соглашения, затем была подключена служба безопасности для оказания давления, в связи с отправкой документов на электронную почту. ДД.ММ.ГГ Машкович вызвала её в кабинет и продиктовала то, что необходимо написать в заявлении. Истец предлагала выплатить ей выходное пособие в размере 1 000 000 руб., на данных условиях она была готова подписать соглашение, но ответчик определил сумму 400 000 руб. Ссылалась на то, что ответчик не оставил ей выбора, она была бы уволена с применением дисциплинарного взыскания либо по соглашению сторон. ДД.ММ.ГГ она обратилась к врачу терапевту в связи с ухудшением состояния здоровья как физического, так и психологического, поскольку длительный период находилась в стрессе, была бессонница.
Представитель истца в судебном заседании на уточненных исковых требованиях настаивал, ссылался на то, что со стороны истца отсутствовало добровольное волеизъявление на расторжение трудового договора. В обоснование позиции привел доводы, изложенные в письменной позиции истца от ДД.ММ.ГГ и правовой позиции.
Представители ответчика в судебном заседании с иском были не согласны по доводам письменных возражений на иск. Не отрицали, что инициатива увольнения истца по соглашению сторон исходила от ответчика, однако истец добровольно и осознанно подписала соглашение о расторжении трудового договора, озвучила желаемую сумму выходного пособия и дату увольнения, не планировала продолжать трудовые отношения, поскольку ранее уже занималась поиском другой работы, ходила на собеседования, переслала на личную почту наработки компании. В день подписания соглашения истец на плохое самочувствие не жаловалась, была весела и активна, сдала пропуск, забрала личные вещи. Желание ответчика прекратить трудовые отношения с истцом возникло после получения информации об изменении ею показателей качества полученного зерна (зерновой примеси) на этапе учета в программе 1 С, что повлекло за собой изменение размера оплаты поставщикам зерна, однако какое-либо давление на истца не оказывалось. Работодатель посчитал, что истец не желала больше выполнять свои должностные обязанности надлежащим образом. Результаты исследования на полиграфе истца причиной её увольнения не являлись, у ответчика они не сохранились. Просили отказать в удовлетворении требований в полном объеме, в случае удовлетворения требований просили зачесть сумму выходного пособия в сумме среднего заработка за время вынужденного прогула, сумму компенсации морального вреда считали чрезмерно завышенной.
Суд, выслушав истца и её представителя, представителей ответчика, допросив свидетелей, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, считавшего иск подлежащим удовлетворению в части, приходит к следующим выводам.
В силу части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
Согласно статье 1 ТК РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый статьи 2 ТК РФ).
В соответствии с пунктом 1 статьи 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 ТК РФ).
Согласно статье 78 ТК РФ трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.
Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 часть 1 статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 ТК РФ при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.
В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» даны разъяснения о том, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 г. указано, что расторжение трудового договора по инициативе работника может быть признано соответствующим требованиям трудового законодательства только в случае установления судом обстоятельств, свидетельствующих о наличии добровольного волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию (пункт 14).
Данное разъяснение применимо и при рассмотрении споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77, статья 78 ТК РФ), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.
Таким образом, увольнение по пункту 1 части 1 статьи 77 и статья 78 ТК РФ возможно лишь при взаимном согласии и договоренности работодателя и работника на прекращение трудовых отношений.
Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГ между ООО «Русагро-Приморье» и Полубинской О.А. заключен трудовой договор XXXX, согласно которому работодатель предоставляет работнику работу в должности – специалист по количественно-качественному учету зерна (элеватор).
Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГ к трудовому договору XXXX от ДД.ММ.ГГ внесены изменения в текст указанного трудового договора, согласно которым работник принимается на работу в обособленное подразделение КПК с Элеватором ООО «Русагро-Приморье» Департамент кормов, Управление по хранению и учету зерна и готовой продукции на должность – специалист по учету и отчетности.
Пунктом 3.2.2 трудового договора XXXX от ДД.ММ.ГГ предусмотрено право работодателя при производственной необходимости и (или) в рамках служебного расследования на тестирование работника с использованием полиграфа.
ДД.ММ.ГГ Полубинской О.А. написано заявление, согласно которому она просила о расторжении трудового договора по соглашению сторон с выплатой выходного пособия в размере 400 000 руб., решение об увольнении принято добровольно, обдуманно, по собственной воле.
ДД.ММ.ГГ между ООО «Русагро-Приморье» и Полубинской О.А. заключено соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГ XXXX.
Приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) XXXXлс от ДД.ММ.ГГ прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГ XXXX, Полубинская О.А. – специалист по учету и отчетности Обособленного подразделения КПК с Элеватором, Департамента кормов, Управления по хранению и учету зерна и готовой продукции, уволена с ДД.ММ.ГГ по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (трудовой договор прекращен по соглашению сторон).
Согласно расчетному листку Полубинской О.А. за февраль 2026 года, ей выплачена компенсация при увольнении (выходное пособие) в размере 400 000 руб. (с учетом НДФЛ 374 627,24 руб.).
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылалась на то, что соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГ было подписано в отсутствие собственного волеизъявления в результате давления бизнес-партнера по управлению персоналом ФИО7, которая обозначила срок, до которого трудовые отношения должны быть прекращены ДД.ММ.ГГ, непосредственного руководителя, поручившего ДД.ММ.ГГ исполнение её обязанностей другим сотрудникам, службы безопасности, ссылавшейся на инициирование служебного расследования по факту разглашения истцом конфиденциальной информации. В феврале 2026г. истцу было сообщено о неудовлетворительных результатах тестирования на полиграфе и увольнении таких сотрудников с предприятия.
Согласно служебной записке от ДД.ММ.ГГ ООО «Группа компаний «Русагро», в ходе анализа карточек анализа (КА) зерна, журнала контроля входящего качества зерна и ЗПП-47 в 1С УПП было выявлено необоснованное изменение зерновой и сорной примеси в КА зерна. В результате опроса сотрудников ПТЛ и ДПК установлено, что показатели качества меняла истец, что подтверждается протоколом совещания от ДД.ММ.ГГ. Корректировки вносились с целью изменения качества входящего зерна для формирования скидки поставщикам кормового зерна. Согласно пояснениям истца, она получала устные указания от руководителя ФИО8 и менеджера по качеству ФИО9, что ДПК РАП не предоставляет скидки по зерновой примеси.
В ходе судебного разбирательства сторона ответчика ссылалась на то, что указанные результаты служебного расследования явились причиной принятия руководством компании решения о прекращении трудовых отношений с истцом по соглашению сторон. Работодатель посчитал, что истец не желала больше выполнять свои должностные обязанности надлежащим образом.
Из представленной расшифровки аудиозаписи разговора истца и бизнес-партнера по управлению персоналом ФИО7 от ДД.ММ.ГГ следует, что решение о расторжении трудовых отношений по соглашению сторон приняло руководство компании, о чем ФИО7 впервые сообщает истцу, ориентировочная дата увольнения определена работодателем не ранее ДД.ММ.ГГ. К указанной дате ФИО7 предлагает истцу найти новое место работы с гарантией дачи хороших рекомендаций, отсутствием репутационных рисков, доставлением каких-либо неудобств, возможностью посещения собеседований и получением выходного пособия в два совокупных дохода. Истец указывает на то, что возможно её согласия не будет, пока его нет, и спрашивает ФИО7 о последствиях в том случае, если не сможет найти работу. ФИО7 уверяет истца, что у неё все получится, с учетом опыта работы и рекомендаций работодателя, а также запаса времени в полтора месяца. На вопрос истца о причинах принятия руководством указанного решения ФИО7 ответ не дает, ссылаясь, что решение по истцу озвучило руководство компании, ей поставлена задача, поэтому началось ведение переговоров, истец компании не подходит.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7, бизнес-партнер по управлению персоналом ответчика, подтвердила встречу с истцом ДД.ММ.ГГ для обсуждения возможности расторжения трудового договора по соглашению сторон, поскольку накануне сотрудниками службы безопасности ответчика были озвучены результаты служебного расследования, выявлены искажения в показателях качества полученного зерна в отчете, руководством компании была поставлена задача расторгнуть трудовые отношения с истцом по соглашению сторон. Она с истцом встречалась дважды, ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ, когда истцом было собственноручно написано заявление о расторжении договора по соглашению сторон, подписано соглашение. При первой встрече ФИО7 предлагала истцу не совершать опрометчивых поступков, предполагая под этим обращение в органы полиции и прокуратуры, предложила переспать с озвученной мыслью и далее понимать, что делать. Полагала, что после даты ДД.ММ.ГГ было бы не красиво, если бы истец не уволилась, поскольку стороны уже договорились об условиях, на должность истца мог быть принят новый работник. Истец твердо приняла решение и решила не задерживаться на работе. Выход истца из компании ускорили сотрудники службы безопасности.
Согласно служебной записке от ДД.ММ.ГГ ООО «Группа компаний «Русагро», ДД.ММ.ГГ истец со своей корпоративной электронной почты совершила отправку документов, содержащих сведения конфиденциального характера, являющиеся собственность ответчика, чем нарушила п.6 Политики допустимого использования ресурсов корпоративной информационной системы компании, в связи с чем даны рекомендации привлечь истца к дисциплинарной ответственности.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10, специалист службы безопасности, подтвердила обращение к истцу ДД.ММ.ГГ по поводу выявленного факта разглашения конфиденциальной информации. Поскольку истец была уволена, служебное расследование по данному факту не проводилось.
После подписания соглашения ДД.ММ.ГГ истец обратилась к врачу терапевту ООО «Джордж Поликлиника XXXX» с жалобами на боль, ограничение объема движений в грудном, поясничном отделе позвоночника, возникшие после интенсивной физической нагрузки и нервного перенапряжения, открыт листок нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГ про ДД.ММ.ГГ, выставлен диагноз: остеохондроз позвоночника.
ДД.ММ.ГГ истец направила настоящее исковое заявление в суд.
ДД.ММ.ГГ представитель ответчика обратился в ОМВД России «Михайловский» с заявлением о проведении проверки в отношении бывшего сотрудника Полубинской О.А., которая присвоила ТМЦ (ноутбук марки 15.6 Lenovo), принадлежащие ответчику. При увольнении ноутбук вернуть отказалась, использует его в настоящее время в личных целях, в связи с чем в действиях истца могут усматриваться признаки состава преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ.
Из представленных в материалы дела общедоступных сведений сети «Интернет» следует, что после увольнения истца с занимаемой должности ответчиком осуществлялся поиск сотрудника на вакантную должность.
Истец после увольнения из компании на другое место работы не трудоустроилась, согласно представленным выпискам по счету АО «Альфа-Банк», ПАО «Сбербанк России» у истца имеются неисполненные кредитные обязательства.
Анализируя изложенное, суд приходит к выводу о том, что прекращение трудовых отношений сторон произошло в отсутствие свободного волеизъявления истца. Исходя из показаний свидетеля ФИО7, бизнес-партнера по управлению персоналом, а также прослушанной аудиозаписи разговора с истцом ДД.ММ.ГГ, судом был сделан вывод о том, что свидетелю была поставлена задача заключить с истцом до ДД.ММ.ГГ соглашение о расторжении трудового договора. Варианты того, что истец могла остаться в компании после ДД.ММ.ГГ и продолжить работу, не рассматривались, истцу такие гарантии не предоставлялись, ответчик не желал продолжения трудовых отношений с истцом, возражения истца о сложности дальнейшего трудоустройства и не желании увольняться ответчиком не принимались. Истец в ходе судебного разбирательства указывала на то, что заключение соглашения о расторжении трудового договора расценивала как неизбежное событие, альтернативой которому являлось увольнение в связи с применением дисциплинарного взыскания в связи с выявленным фактом разглашения конфиденциальной информации. Подачу ответчиком в ОМВД России «Михайловский» заявления о привлечении к уголовной ответственности после обращения с настоящим иском в суд, истец также расценивала как продолжение психологического давления на неё, поскольку при подписании соглашения процедура приема имущества при увольнении службой безопасности и руководителем не была организована.
Суд полагает, что указанные обстоятельства, включая прохождение тестирования на полиграфе с так называемым «красным результатом», породили у истца обоснованные опасения наступления негативных последствий в случае отказа от подписания предлагаемого ответчиком соглашения, а потому подписание соглашения являлось вынужденным для истца. Фактически же истец желала продолжения трудовых отношений в занимаемой должности, поскольку работает у ответчика с 2018 года.
С учетом предшествующего увольнению поведения истца, которая с инициативой заключения соглашения о расторжении трудового договора к работодателю не обращалась, мотивов для увольнения не имела, что подтверждает отсутствие у истца намерения расторгнуть трудовой договор, суд приходит к выводу о незаконности увольнения Полубинской О.А. по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации и признании приказа XXXXлс от ДД.ММ.ГГ о расторжении трудового договора с Полубинской О.А. незаконным, признании соглашения от ДД.ММ.ГГ недействительным.
В случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор (часть 1 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате, в том числе в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
При таких обстоятельствах, Полубинская О.А. подлежит восстановлению на работе в прежней должности, с взысканием в её пользу среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 133 803,36 руб. (4955,68 руб. х 27 рабочих дней). Расчет, представленный истцом, суд полагает верным и принимает его за основу вынесения решения, ответчиком не оспаривался.
Согласно ст. 211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.
Согласно п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 09.12.2025) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.
Поскольку при увольнении истцу была выплачена сумма выходного пособия 400 000 руб. (с учетом НДФЛ - 374 627,24 руб.), суд полагает необходимым произвести взаимозачет указанных сумм.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Поскольку при рассмотрении дела судом установлены неправомерные действия ответчика, выразившиеся в незаконном увольнении истца, суд полагает, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.
При определении размера такой компенсации суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывает объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, индивидуальные особенности истца, её возраст, а также требования разумности и справедливости и полагает, что размер компенсации морального вреда в данном случае следует ограничить суммой в 25 000 рублей. В удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда в большем размере суд отказывает.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 014 руб., из которой за требование имущественного характера 5014 руб., за два требования неимущественного характера 6000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Полубинской О. АнатО. – удовлетворить частично.
Признать недействительным соглашение от ДД.ММ.ГГ о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГ XXXX.
Признать незаконным приказ XXXXлс от ДД.ММ.ГГ о расторжении трудового договора с Полубинской О. АнатО.й по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Восстановить Полубинскую О. АнатО. (паспорт XXXX) на работе в ООО «Русагро-Приморье» (ИНН 2540203376) в должности специалиста по учету и отчетности обособленного подразделения КПК с Элеватором, Департамент кормов, Управление по хранению и учету зерна и готовой продукции с ДД.ММ.ГГ.
Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Взыскать с ООО «Русагро-Приморье» (ИНН 2540203376) в пользу Полубинской О. АнатО. (паспорт XXXX) средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 133 803,36 руб., компенсацию морального вреда 25 000 руб.
Произвести зачет выплаченного Полубинской О. АнатО. выходного пособия ООО «Русагро-Приморье».
С учетом окончательного взаимозачета сумм, взыскать с ООО «Русагро-Приморье» (ИНН 2540203376) в пользу Полубинской О. АнатО. (паспорт XXXX) компенсацию морального вреда 25 000 руб.
В удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда в большем размере – отказать.
Взыскать с ООО «Русагро-Приморье» (ИНН 2540203376) в доход бюджета госпошлину 11 014 руб.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Председательствующий Денисова Ю.С.
Мотивированное решение составлено 22 апреля 2026 года.