АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
ДД.ММ.ГГГГ <адрес>
Кировский районный суд города Иркутска в составе судьи апелляционной инстанции Саликова Д.А., при секретаре Нейерди А.О., с участием помощника прокурора <данные изъяты> Климовой А.Н., защитника осуждённого Сурова О.А. - адвоката Змановского Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № по апелляционной жалобе адвоката Змановского Н.В. на приговор мирового судьи судебного участка № <данные изъяты> Абдуллиной Ю.Р. от ДД.ММ.ГГГГ,
УСТАНОВИЛ:
Приговором мирового судьи судебного участка № <адрес> Абдуллиной Ю.Р. от ДД.ММ.ГГГГ Суров О.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 315 УК РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 100 000 рублей.
На не вступивший в законную силу приговор защитник осуждённого Сурова О.А. – адвокат Змановский Н.В. подал апелляционную жалобу и дополнения к ней, в которых он просит отменить приговор мирового судьи судебного участка № <данные изъяты> Абдуллиной Ю.Р. от ДД.ММ.ГГГГ и вынести оправдательный приговор либо возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, при этом защитник указал, что данный приговор постановлен с существенными нарушениями положений уголовного и уголовно-процессуального законов, поскольку при вынесении обвинительного приговора в отношении Сурова О.А. суд оставил без оценки практически все доказательства, представленные стороной защиты, не приведя аргументов о том, почему доказательства защиты судом отвергнуты. Кроме того, при постановлении приговора суд первой инстанции использовал недопустимые доказательства, собранные с нарушением процедуры, при этом доводам стороны защиты в указанной части оценки не дано. Вынося обвинительный приговор, суд ошибочно квалифицировал средства на выполнение государственного задания (в т.ч. уплаченные налоги) как «свободные», доступные для исполнения решения суда, при том, что экспертиза подтвердила, что эти средства являлись целевыми и не подлежат перераспределению, а соответственно расходованию на подъем буксировщика. Суд истолковал исполнение Суровым О.А. конституционной обязанности платить налоги как преступное бездействие, что противоречит ст. 57 Конституции РФ и ст. 44 НК РФ, при этом в приговоре отсутствуют ссылки на нормы, освобождающие от уплаты налогов в пользу исполнения решения суда. Суд и орган предварительного расследования допустили противоречия в выводах о форме вины, в частности суд признал вину в форме прямого умысла, но в описательно-мотивировочной части приговора указал, что Суров О.А. принимал меры, но их было недостаточно, а также констатировал лишь ненадлежащий контроль за подчиненными, однако эти формулировки свидетельствуют о неосторожности (небрежности), которая не образует состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 315 УК РФ. В обвинительном акте были допущены аналогичные нарушения, что является основанием для возврата дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Кроме того, в обжалуемом приговоре суд проигнорировал доводы стороны защиты о невозможности исполнения решения суда. Так, суд не оценил доказательства технической невозможности работ (высокая скорость течения реки, запрет на работу водолазов, отсутствие спецтехники для подъема судов), не учтены показания свидетелей о том, что земснаряд не предназначен для таких работ и может сломаться. Кроме того, судом были оставлены без внимания доводы стороны защиты о том, что Судов О.А. не являлся надлежащим субъектом преступления. В обжалуемом приговоре суд сослался на постановления о привлечении Администрации Байкало-Ангарского бассейна к административной ответственности, которые не были исследованы в суде (отсутствуют в материалах исполнительного производства) или основаны на неверном понимании срока исполнения решения суда.
В письменных возражениях государственный обвинитель Веселова С.П. указывает, что приговором мирового судьи судебного участка № <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ Суров О.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 315 УК РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 100 000 рублей. Полагает, что приговор суда является законным, обоснованным, справедливым, поскольку он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.
Адвокат Змановский Н.В. в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, а также указал, что орган предварительного расследование по уголовному делу производила дознаватель <данные изъяты>., которой Суров О.А. неоднократно заявлял отвод в связи её личной заинтересованностью, однако данный отвод не был разрешен в установленном законом порядке, чем было нарушено право на защиту Сурова О.А., а обвинительный акт составлен ненадлежащим лицом.
Прокурор Климова А.Н. в судебном заседании возражала по доводам апелляционной жалобы и дополнений к ней в части возращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УП КРФ, вместе с тем полагала, что обжалуемый приговор подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи с тем, что судом первой инстанции действительно не была дана оценка всем доказательствам и доводам стороны защиты о невиновности Сурова О.А.
Проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы с дополнениями, возражений на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене в связи с существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона.
Существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдение процедуры судопроизводства или иным путём повлияло или могло повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения является в соответствии с п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке.
Уголовное дело по обвинению Сурова О.А. судом первой инстанции рассмотрено в порядке общего судопроизводства.
При этом, в соответствии со ст. 307 УПК РФ, приговор суда должен содержать доказательства на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, то есть в приговоре должны получить оценку все доказательства, представленные сторонами.
В заседании суда первой инстанции Суров О.А. вину в совершении инкриминируемого преступления не признал. В ходе судебного следствия стороной защиты были представлены доказательства, которые, по мнению адвоката Змановского Н.В., опровергают выдвинутое обвинение, а именно: инструкция по работе с бесхозяйными судами на путях Байкало-Ангарского бассейна, утверждённая Приказом руководителя Администрации Байкалова ДД.ММ.ГГГГ - т. 7 л.д. 116-120; справка начальника АРВПиС – филиала ФБУ «Енисейречтранс» <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ о сроках действия навигационного оборудования на реке Ангара в 2022 и 2023 годах - т. 7 л.д. 121; информация исполняющего обязанности руководителя Администрации от ДД.ММ.ГГГГ Троянова о средней скорости течения реки Ангара на 6-7 километрах, о скорости течения при которой запрещена работа водолазов – т. 7 л.д. 122-123; информация генерального директора ООО «ТехСтройЭкология» <данные изъяты>. о взаимодействии с <данные изъяты> при предоставлении Администрации коммерческих предложений - т.7 л.д. 252; ответ Росморречфлота от ДД.ММ.ГГГГ на запрос дознавателя об отсутствии финансирования подъёма затонувших судов, о создании специального федерального проекта для таких целей со сроком реализации 2025-2030 годы - т. 7 л.д. 67-71; обращение Администрации от ДД.ММ.ГГГГ в адрес Министерства природных ресурсов и экологии <адрес> о предоставлении сведений о включении затонувших судов на реке Ангара в проект «оздоровление водных объектов» - т. 1 л.д. 125; сведения из Единой информационной системы «Закупки» о постановке Администрацией в План закупок ДД.ММ.ГГГГ такой закупки как «водолазное обследование затонувших судов» - т. 1 л.д. 127; сведения из Единой информационной системы «Закупки» о постановке Администрацией в План закупок ДД.ММ.ГГГГ такой закупки как «водолазное обследование затонувших судов» - т. 1 л.д. 128; представление заместителя Восточно-Сибирского транспортного прокурора в адрес Администрации от ДД.ММ.ГГГГ с требованием восстановить бюджетные средства (субсидии на выполнение государственного задания) - т. 1 л.д. 169-171; распоряжение руководителя Администрации Сурова от ДД.ММ.ГГГГ о поручении Борисову представить план мероприятий по подъёму «буксировщика» с возложением контроля на <данные изъяты> - т. 6 л.д. 195; письмо <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в адрес Сурова с предложениями по подъёму «буксировщика» с проведением водолазного обследования и последующим использованием «земснаряда» ввиду отсутствия специальной техники - т. 6 л.д. 197; документы о характеристиках «земснаряда», где отсутствует информация, что он может использоваться для подъёма затонувших судов - т. 7 л.д. 258-266; ряд документов из вещественного доказательства - исполнительного производства: копия доверенности на имя Кравцовой от ДД.ММ.ГГГГ с полномочиями на представление Администрации в службе судебных приставов - л. ИП 24; протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, составленный в отношении Администрации, которую представлял <данные изъяты> л. ИП 27-28; копия доверенности на имя <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ на представление им интересов Администрации при взаимодействии с приставами - л. ИП 29; письмо Администрации от ДД.ММ.ГГГГ в адрес приставов с указанием, что для финансирования подъёма затонувших судов создаётся проект «Оздоровление водных объектов» - л. ИП 60; копия письма Росморречфлота в адрес Администрации от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии действенного механизма финансирования затрат на подъём судов, о запуске специального проекта для решения этого вопроса - л. ИП 64; письмо Администрации от ДД.ММ.ГГГГ о направлении в Росморречфлот списка затонувших судов, в том числе, «буксировщика», на подъём которых требуется финансирование - л. ИП 76-77; письмо Сурова в адрес приставов от ДД.ММ.ГГГГ, где, в том числе, указывается, что ведутся переговоры с ООО «Водолаз ПРО» о возможности проведения водолазного обследования «буксировщика» - л. ИП 78; обращение Администрации от ДД.ММ.ГГГГ в адрес Министерства природных ресурсов и экологии <адрес> с просьбой включить затонувшие суда, в том числе, на реке Ангара, в проект «Оздоровление водных объектов» - л. ИП 80; письмо в адрес приставов за подписью <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ о направлении судебного решения от ДД.ММ.ГГГГ - л. ИП 86. Вместе с тем, вопреки вышеуказанным требованиям закона, судом первой инстанции не приведены в приговоре и соответственно не получили какой-либо оценки указанные доказательства стороны защиты.
В соответствии с п.п. 4, 6 ч. 1 ст. 225 УПК РФ в обвинительном акте должно быть указано место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания. Однако, при описании инкриминируемого преступного деяния в обвинительном акте, а в последствии и приговоре суда, допущено существенное противоречие относительно формы вины осужденного Сурова О.А., которое выразилось в том, что в предъявленном обвинении указано, что Суров О.А. умышленно не принял мер к организации работ, обозначенных неисполненным судебным решением, при том, что далее по тексту фабулы обвинения Сурову О.А. инкриминируется то, что он должным образом не организовал работу подчиненных ему сотрудников и не осуществил должный контроль за эффективностью и результативностью их служебной деятельности. То есть, Сурову О.А. инкриминируется то, что он имел прямой умысел на неисполнение решения суда, однако принятых им мер было недостаточно для исполнения решения суда, что одновременно характеризует двойственную форму вины Сурова О.А., как умысел и неосторожность в виде небрежности, тогда как по смыслу закона субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 315 УК РФ, характеризуется прямым умыслом виновного лица.
Указанное противоречие не могло быть устранено судом первой инстанции при постановлении приговора, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения и стороне защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Противоречивое изложение сведений об обстоятельствах инкриминируемого Сурову О.А. преступления, является существенным нарушением и исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании данного обвинительного акта в судебном заседании, поскольку формулировка обвинения относится к исключительной компетенции органов предварительного расследования, при этом от существа обстоятельств, отраженных в фабуле обвинения, зависит и определение пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ, и порядок реализации гарантированного обвиняемому права, предусмотренного ст. 47 УПК РФ - знать, в чем он конкретно обвиняется.
Кроме того, согласно п. 9 ч. 2 ст. 37, ч. 1 ст. 67 УПК РФ, участники уголовного судопроизводства наделены правом заявлять отвод дознавателю. При этом, обязанность по рассмотрению данного отвода лежит на прокуроре, который, рассмотрев поступившее к нему заявление об отводе и его причины, принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного отвода или удовлетворяет отвод. В последнем случае дело передается для производства дознания другому лицу.
Как следует из материалов уголовного дела, в ходе предварительного расследования Суров О.А. неоднократно заявлял отвод дознавателю <данные изъяты> производившей дознание и составившей обвинительный акт, при этом Суровым О.А. были приведены мотивы, заявленного отвода и недоверия дознавателю, что отражено в протоколе допроса Сурова О.А. от ДД.ММ.ГГГГ (т. 6 л.д. 63), который согласно протоколу судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ был оглашён в судебном заседании суда первой инстанции, а также в заявлениях Сурова О.А. по итогам ознакомления с материалами уголовного дела (т. 7 л.д. 114, 257).
Дознаватель в силу сложившихся правил производства предварительного расследования и в силу своих должностных обязанностей о заявленном ему отводе должен был сообщить прокурору, который вправе разрешить заявленный отвод в соответствии с требованиями ст. 67 УПК РФ. Также заявленный отвод мог быть разрешен прокурором при изучении уголовного дела, поступившего к нему с обвинительным актом. Вместе с тем материалы уголовного дела не содержат процессуального решения о разрешении заявлений об отводе вышеуказанному дознавателю, из чего следует, что прокурором заявление об отводе дознавателя, в соответствии с требованиями ст.ст. 37, 67 УПК РФ разрешено не было.
Из материалов уголовного дела следует, что обвинительный акт в перечне доказательств обвинения и защиты, содержит доказательства, собранные в том числе дознавателем <данные изъяты>., при наличии неразрешенного отвода в отношении неё, кроме того само обвинительное заключение было составлено также данным дознавателем. Из чего суд апелляционной инстанции полагает, что обвинительный акт по делу нельзя признать соответствующим закону и требованиям ст. 225 УПК РФ.
Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о существенном нарушении уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования, на что обоснованно указано в доводах, изложенных в дополнении к апелляционной жалобе защитника-адвоката Змановского Н.В., что исключало возможность постановления судом приговора или вынесения иного судебного решения на основе данного обвинительного акта.
С учётом изложенного и в силу требований ч. 1 ст. 237 УПК РФ, п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, обжалуемый приговор подлежит отмене, а уголовное дело возвращению прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, для устранения допущенных по делу нарушений.
Поскольку приговор отменяется с возвращением уголовного дела прокурору, иные доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней адвоката Змановского Н.В., рассмотрению не подлежат, но их следует учесть при новом рассмотрении дела судом первой инстанции, в том случае, если уголовное дело в отношении Сурова О.А. будет направлено прокурором в суд.
Оснований для отмены, либо изменения обвиняемому Сурову О.А. меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 237, 389.15, 389.17, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор мирового судьи судебного участка № <данные изъяты> Абдуллиной Ю.Р. от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Сурова О.А., осужденного по ч. 2 ст. 315 УК РФ, отменить.
Уголовное дело в отношении Сурова О.А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 315 УК РФ, возвратить прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении Сурова О.А., оставить без изменения.
Апелляционную жалобу защитника - адвоката Змановского Н.В. в части отмены приговора и возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ удовлетворить.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий