РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
13 июля 2026 г. с. Федоровка
Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Баскаковой Т.В., при секретаре судебного заседания Русаковой И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Рудакова М.А. к администрации муниципального района Федоровский район Республики Башкортоста, Министерству земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан о признании права собственности на земельный участок,
УСТАНОВИЛ:
Рудакова М.А. обратилась в суд с иском к администрации муниципального района Федоровский район Республики Башкортостан о признании права собственности на земельный участок.
Заявленные требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между Гречко А.В. и Рудакова М.А. был заключен договор дарения жилого помещения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>. На основании данного договора ДД.ММ.ГГГГ Рудакова М.А. зарегистрировала право собственности на квартиру с кадастровым номером № и на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 897 кв. м, однако в ходе проверки было установлено, что фактически переданный и используемый ею земельный участок, на котором расположена принадлежащая ей квартира, имеет иной кадастровый номер – №, площадью 728 кв. м, и расположен по тому же адресу: <адрес>. При этом земельный участок с кадастровым номером №, право на который зарегистрировано за истцом, фактически находится по другому адресу<адрес> и не имеет отношения к принадлежащему ей жилому дому. В ответ на обращения Рудакова М.А. администрация Федоровского района письмом от 17 октября 2023 г. отказала в переоформлении документов, рекомендовав обратиться в Росреестр, а Министерство земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан в ответе от ДД.ММ.ГГГГ разъяснило необходимость изменения статуса помещения и присвоения адреса. Впоследствии по заявлению Рудакова М.А. земельному участку с кадастровым номером № был присвоен адрес: <адрес>, что подтверждено выпиской из ЕГРН. Решением Стерлибашевского межрайонного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ был установлен факт принадлежности Рудакова М.А. указанного земельного участка с кадастровым номером №. Однако по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН правообладателем земельного участка с кадастровым номером № значится Рудакова М.А., тогда как фактически она с ДД.ММ.ГГГГ непрерывно владеет и пользуется земельным участком с кадастровым номером №, на котором расположена ее квартира, но зарегистрировать право на него во внесудебном порядке не представляется возможным из-за технической ошибки в кадастровых номерах, допущенной при заключении договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ
Приводя данные обстоятельства, истец просит суд признать за ней право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, имеющий кадастровый №.
Определением суда от 10 июня 2026 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан.
Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, уважительности причин неявки суду не представлено.
Суд, в силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения участников процесса, находит возможным рассмотрение гражданского дела в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав участников процесса, исследовав и оценив материалы настоящего гражданского дела, проверив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.
Судом установлено и следует из материалов дела, что решением Стерлибашевского межрайонного суда Республики Башкортостан от 23 июня 2025 г. удовлетворено заявление Рудакова М.А. об установлении факта принадлежности земельного участка. Судом установлено, что на основании договора купли-продажи от 30 июля 2015 г. и договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ Рудакова М.А. приобрела в собственность квартиру и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, однако в правоустанавливающих документах кадастровый номер земельного участка был ошибочно указан как №, тогда как фактически переданный и используемый участок имеет кадастровый №, площадью 728 кв. м. Данное обстоятельство подтверждено актами внеплановых документарных проверок Управления Росреестра по Республике Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, которыми установлено, что в границах земельного участка с кадастровым номером № расположено принадлежащее Рудакова М.А. жилое помещение с кадастровым номером №, при этом сведения о правах Рудакова М.А. на данный земельный участок в ЕГРН отсутствуют. Также установлено, что земельный участок с кадастровым номером № имеет иной адрес: <адрес>, и не содержит жилых построек, принадлежащих заявителю. Впоследствии земельному участку с кадастровым номером № присвоен адрес: <адрес>, что подтверждено выпиской из ЕГРН. Поскольку установить принадлежность земельного участка во внесудебном порядке невозможно, а спор о праве отсутствует, суд признал требования обоснованными и установил факт принадлежности
Рудакова М.А. земельного участка с кадастровым номером №, площадью 728 кв. м, расположенного по адресу: <адрес>.
Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, земельный участок с кадастровым номером 02:49:010201:42 имеет площадь 897 кв. м, относится к категории земель населенных пунктов, вид разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, расположен по адресу: <адрес>. Дата присвоения кадастрового номера – ДД.ММ.ГГГГ, статус сведений – актуальные, ранее учтенные.
Указано расположение в границах данного участка объекта недвижимости с кадастровым номером №. Сведения о зарегистрированных правах свидетельствуют, что первоначальным правообладателем являлся Гречко А.В. на основании регистрации права собственности от 4 сентября 2015 г., после чего 16 сентября 2015 г. на основании договора дарения дома и земельного участка от 14 сентября 2015 г. право собственности перешло к Рудакова М.А., которая указана в качестве действующего правообладателя с видом права – собственность, регистрационная запись
<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. Ограничения прав и обременения объекта не зарегистрированы.
Решением Стерлибашевского межрайонного суда Республики Башкортостан от 5 июня 2019 г. удовлетворены исковые требования Рудакова М.А. к Кузнецову М.С. о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета.
Судом установлено, что Рудакова М.А. является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ В указанном жилом помещении с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован Кузнецов М.С., который являлся супругом сестры истца. Брак между Кузнецовым М.С. и Кузнецовой Т.А. прекращен ДД.ММ.ГГГГ С 2014 г. ответчик в спорной квартире не проживает, его личных вещей в ней нет, обязательств по содержанию жилого помещения он не несет, членом семьи собственника не является, каких-либо соглашений о праве пользования квартирой между сторонами не заключалось. Поскольку регистрация ответчика носила формальный характер и нарушала права собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом, суд признал Кузнецова М.С. утратившим право пользования жилым помещением по указанному адресу и указал, что решение является основанием для снятия его с регистрационного учета.
Пунктом 1 статьи 25 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV настоящего Кодекса, возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости».
Пунктом 1 статьи 59 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что признание права на земельный участок осуществляется в судебном порядке. Пунктом 2 статьи 59 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что судебное решение, установившее право на землю, является юридическим основанием, при наличии которого органы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним обязаны осуществить государственную регистрацию права на землю или сделки с землей в порядке, установленном Федеральным законом
«О государственной регистрации недвижимости».
Федеральным законом от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ
«О государственной регистрации недвижимости» установлен порядок ведения Единого государственного реестра недвижимости, а также определены основания возникновения, изменения, перехода и прекращения прав на объекты недвижимости, подлежащих государственной регистрации, при этом государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права, которое может быть оспорено только в судебном порядке.
Оценивая совокупность установленных по делу обстоятельств, суд исходит из того, что материалами дела подтверждается непрерывность и добросовестность владения истцом земельным участком, фактически расположенным по адресу <адрес>, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с момента государственной регистрации перехода к ней права собственности на основании договора дарения дома и земельного участка от 14 сентября 2015 г.
Судом установлено, что на данном земельном участке расположено принадлежащее истцу на праве собственности жилое помещение площадью 65,3 кв. м с кадастровым номером 02:49:010201:242, право на которое зарегистрировано за истцом ДД.ММ.ГГГГ и никем не оспаривается, что прямо подтверждается актами внеплановых документарных проверок Управления Росреестра по Республике Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ
№ ВнГр-158, в которых зафиксировано, что земельный участок с кадастровым номером 02:49:010201:90 огорожен по периметру, свободного доступа не имеет, и в его границах расположено именно то жилое помещение, которое принадлежит истцу.
Судом также установлено, что несоответствие между фактическим местоположением приобретенного истцом земельного участка и содержанием правоустанавливающих документов возникло не по вине истца, а вследствие технической ошибки, допущенной при заключении договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ №, в результате которой предмету сделки – земельному участку, впоследствии переданному по договору дарения истцу, был присвоен кадастровый №, соответствующий земельному участку, фактически расположенному по иному адресу – <адрес>, тогда как земельный участок, находящийся в фактическом владении и пользовании истца по адресу <адрес>, имеет кадастровый №.
Данное обстоятельство объективно подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости, согласно которой земельному участку с кадастровым номером № площадью
728 кв. м присвоен адрес: <адрес>, то есть адрес, совпадающий с местом фактического владения истца.
Судом принимается во внимание, что вступившим в законную силу решением Стерлибашевского межрайонного суда Республики Башкортостан от 23 июня 2025 г. в порядке особого производства установлен факт принадлежности истцу земельного участка с кадастровым номером № площадью 728 кв. м, расположенного по указанному адресу, что в силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеет для суда преюдициальное значение и не подлежит повторному доказыванию.
При этом суд учитывает, что, несмотря на установление данного факта в судебном порядке, по сведениям из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 25 февраля 2026 г. истец продолжает значиться правообладателем земельного участка с кадастровым номером 02:49:010201:42, находящегося по иному адресу и не имеющего отношения к фактически используемому истцом земельному участку, что свидетельствует о том, что установление факта принадлежности земельного участка в порядке особого производства само по себе не повлекло приведения реестровых сведений в соответствие с действительным правовым положением истца и не устранило правовую неопределенность в отношении принадлежности земельного участка с кадастровым номером 02:49:010201:90, ввиду чего избранный истцом способ защиты права путем предъявления иска о признании права собственности является надлежащим и единственно возможным для окончательного устранения указанного несоответствия.
Определяя круг юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению и доказыванию истцом по требованию о признании права собственности на земельный участок, суд исходит из того, что в предмет доказывания входит установление факта возникновения у истца права на спорный объект недвижимости на законных основаниях, предусмотренных гражданским и земельным законодательством, фактического владения истцом данным объектом, а также наличия правовой неопределенности в отношении принадлежности данного объекта, которая не может быть устранена во внесудебном порядке и препятствует истцу в осуществлении правомочий собственника в полном объеме, в том числе в части государственной регистрации права в соответствии с фактическим положением объекта.
Применительно к настоящему делу суд приходит к выводу, что материалами дела в полной мере подтверждается возникновение у истца права собственности на спорный земельный участок на основании договора дарения дома и земельного участка от 14 сентября 2015 г., заключенного с Гречко А.В., которому земельный участок принадлежал на основании договора купли-продажи от 30 июля 2015 г. №, то есть на основании сделки, соответствующей требованиям гражданского законодательства о безвозмездной передаче имущества в собственность.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что переход права собственности по указанному договору дарения был в установленном порядке зарегистрирован 16 сентября 2015 г., что соответствует требованиям пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 25 Земельного кодекса Российской Федерации о государственной регистрации прав на недвижимое имущество.
Вместе с тем судом установлено, что вследствие технической ошибки, допущенной при заключении договора купли-продажи от 30 июля 2015 г., произошло смешение кадастровых номеров двух самостоятельных земельных участков, в результате чего в правоустанавливающих документах истца указан кадастровый №, соответствующий земельному участку, расположенному по иному адресу и не имеющему отношения к фактическому владению истца, тогда как земельный участок, которым истец фактически владеет и пользуется с 16 сентября 2015 г., на котором расположено принадлежащее ей жилое помещение, имеет кадастровый №.
Данное обстоятельство объективно подтверждено собранными по делу доказательствами, включая акты внеплановых документарных проверок Управления Росреестра по Республике Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ и от 14 августа 2024 г., ответ отдела по Федоровскому району Министерства земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан от 5 декабря 2024 г., выписку из Единого государственного реестра недвижимости, а также вступившее в законную силу решение Стерлибашевского межрайонного суда Республики Башкортостан от 23 июня 2025 г. об установлении факта принадлежности истцу земельного участка с кадастровым номером №.
С учетом изложенного суд полагает установленным, что истец на протяжении длительного времени, начиная с 16 сентября 2015 г., добросовестно и открыто владеет и пользуется земельным участком с кадастровым номером № как своим собственным, что данное владение основано на действительной сделке – договоре дарения, и что правовая неопределенность в отношении принадлежности данного земельного участка возникла не вследствие каких-либо неправомерных действий истца, а вследствие технической ошибки, допущенной третьими лицами при оформлении договора купли-продажи земельного участка, предшествовавшего дарению.
Суд также учитывает, что попытки истца устранить данное несоответствие во внесудебном порядке, включая обращение к главе администрации Федоровского района 3 октября 2023 г. и обращение в Министерство земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан 7 ноября 2024 г., не привели к окончательному разрешению вопроса о правовой принадлежности земельного участка, поскольку установление факта принадлежности земельного участка в порядке особого производства решением от 23 июня 2025 г. не повлекло внесения соответствующих изменений в сведения Единого государственного реестра недвижимости о правообладателе земельного участка с кадастровым номером 02:49:010201:90, ввиду чего на дату рассмотрения настоящего спора истец, фактически являясь единственным лицом, обладающим правомочиями собственника в отношении данного земельного участка, лишена возможности реализовать данные правомочия в полном объеме, включая возможность государственной регистрации права собственности, без вынесения судом решения о признании за ней такого права.
Принимая во внимание, что в силу пункта 1 статьи 59 Земельного кодекса Российской Федерации признание права на земельный участок осуществляется в судебном порядке, а в силу пункта 2 той же статьи судебное решение, установившее право на землю, является юридическим основанием для осуществления органами государственной регистрации соответствующих регистрационных действий, суд приходит к выводу, что совокупность установленных по делу обстоятельств – возникновение права собственности истца на спорный земельный участок на основании действительной сделки, длительное открытое и непрерывное владение данным участком, наличие на нем принадлежащего истцу жилого помещения, объективно подтвержденное несоответствие между фактическим положением участка и содержанием правоустанавливающих документов вследствие технической ошибки третьих лиц, а также подтвержденная вступившим в законную силу судебным актом принадлежность истцу данного земельного участка – образует необходимый и достаточный юридический состав для удовлетворения заявленных исковых требований о признании за истцом права собственности на земельный участок с кадастровым номером №.
При этом суд учитывает, что ответчикими – администрацией муниципального района Федоровский район Республики Башкортостан и Министерством земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан, равно как и привлеченными к участию в деле третьими лицами, каких-либо доказательств, опровергающих доводы истца либо свидетельствующих о наличии у иных лиц прав на спорный земельный участок, суду не представлено, а само по себе отсутствие в Едином государственном реестре недвижимости актуальных сведений о правообладателе земельного участка с кадастровым номером № обусловлено исключительно неустраненной технической ошибкой в оформлении правоустанавливающих документов и не свидетельствует об отсутствии у истца материального права на данный объект недвижимости.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что исковые требования Рудакова М.А. о признании за ней права собственности на земельный участок, расположенный по адресу <адрес>, имеющий кадастровый №, являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Рудакова М.А. удовлетворить.
Признать за Рудакова М.А. право собственности на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 728 кв. м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.
Настоящее решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о государственной регистрации права собственности Рудакова М.А.
на указанный земельный участок и прекращения записи о праве собственности Рудакова М.А. на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, з/у 33.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Т.В. Баскакова
Мотивированное решение изготовлено 20 июля 2026 г.