РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 февраля 2026 года с. Кушнаренково
Кушнаренковский районный суд Республики Башкортостан в составе судьи Белорусовой Г.С., при секретаре Сафиной Ю.А., с участием помощника прокурора Кушнаренковского района Республики Башкортостан Печенкиной Ю.А., истца Муратовой Г.Ш., ее представителя Галеевой Л.Н., ответчика Салимовой З.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Муратовой Г.Ш. к Салимовой З.А., действующей также в интересах несовершеннолетних С.С., С.А., С.А. об установлении факта признания фактическим воспитателем гражданина, погибшего в специальной военной операции,
УСТАНОВИЛ:
Муратова Г.Ш. обратилась в суд с иском к Салимовой З.А., действующей также в интересах несовершеннолетних С.С., С.А. А., С.А. А. об установлении факта признания фактическим воспитателем гражданина, погибшего в специальной военной операции.
В обоснование исковых требований указано, что ДАТА погиб военнослужащий ВС РФ С., ДАТА года рождения, при участии в специальной военной операции на территории <адрес>
Родители С.А. – Салимова Р.А. и Салимов А.Ш. злоупотребляли спиртными напитками и не занимались воспитанием детей.
Впервые дети С.А. и его сестра Салимова П.А. попали в школу интернат <адрес>, когда С.А. было 5 лет, а Салимовой П.А. 3 года. Посоветовавшись с мужем, она решила забрать их к себе.
Постановлением главы администрации муниципального района Нуримановский район Республики Башкортостан от 29.03.2006 № об установлении опеки над несовершеннолетними С.А. и Салимовой П.А., истец была назначена опекуном, поскольку мать Салимова Р.А. была лишена родительских прав с 22.02.2006, а отец Салимов А.Ш. находился в местах лишения свободы.
После освобождения отца детей из мест лишения свободы, постановлением администрации муниципального района Нуримановский район № от 27.09.2007 были прекращены обязанности опекуна над несовершеннолетними и дети были переданы на воспитание отцу.
Ее брат Салимов А.Ш. часто привозил детей к ним, пытался исправиться, но не смог. В итоге он снова оказался в местах лишения свободы, а детей забрали в интернат в <адрес> <адрес>
После лишения родительских прав Салимова А.Ш. решением Нуримановского районного суда Республики Башкортостан от 27.08.2013, она собрала документы для оформления опеки над С.А. и Салимовой П.А. На тот момент С.А. было 13 лет, а Салимовой П.А. 11 лет.
Постановлением администрации муниципального района Бирский район Республики Башкортостан № от 24.06.2014 об установлении опеки на возмездной основе над несовершеннолетним С.А., истец Муратова Г.Ш. была назначена опекуном (приемным родителем).
Они проживали и были зарегистрированы по адресу <адрес> 19.08.2014 по 19.08.2017, после постройки нового дома они переехали в <адрес>, в котором проживали с 12.09.2017 по 12.09.2022.
Истец воспитывала и содержала С.А., активно участвовала в его жизни, учебе, посещала школьные мероприятия, родительски собрания, поддерживала морально, материально, покупала вещи, продукты, переводила деньги.
Погибший С.А. является ее племянником, она вырастила его как своего сына, различия между своими детьми и ним никогда не делала, жили одной большой дружной семьей.
Просит признать Муратову Г.Ш., ДАТА года рождения, уроженку <адрес> фактически воспитывавшей и содержащей (фактическим воспитателем) С., ДАТА года рождения, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.
Истец Муратова Г.Ш. и ее представитель Галеева Л.Н. в судебном заседании исковые требования поддержали, просили их удовлетворить в полном объеме.
Ответчик Салимова З.А. в судебном заседании не возражала против удовлетворения исковых требований.
Третье лицо Салимова П.А. в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, не возражала против удовлетворения исковых требований.
Представители третьих лиц Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, Военного комиссариата Кушнаренковского района Республики Башкортостан, Министерства Обороны Российской федерации, Акционерного общества «СОГАЗ», Сектора по опеке и попечительству администрации муниципального района Нуримановский район Республики Башкортостан, Нотариус нотариального округа МР Нуримановский район Республики Башкортостан в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.
В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав стороны, помощника прокурора, полагавшего, что иск Муратовой Г.Ш. подлежит удовлетворению, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с положениями Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации", Федерального закона от 07 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" к лицам, имеющим право на получение денежных выплат, предусмотренным названными законами, в случае смерти военнослужащего (лица, проходившего службу по контракту), отнесены лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия.
Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 22-П "По делу о проверке конституционности части 11 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" в связи с жалобой гражданки К." часть 11 статьи 3 указанного закона признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку, определяя круг членов семьи военнослужащего, имеющих в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, в том числе по призыву, право на получение ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной частью 9 той же статьи, она направлена на обеспечение особой социальной поддержки этих лиц в рамках публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего.
Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы. В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация, как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на спорные из названных выплат, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержании (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 22-П и от 19 июля 2016 года N 16-П).
Из приведенных нормативных положений и правовых позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель установил систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, включающую ряд денежных выплат. Их же предназначение - компенсировать родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.
Исходя из целей этих выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.
В соответствии с пунктом 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.
Согласно абз. 3 статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" дети, оставшиеся без попечения родителей, - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного родителя или обоих родителей в связи с лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), объявлением их умершими, установлением судом факта утраты лицом попечения родителей, отбыванием родителями наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, уклонением родителей от воспитания своих детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, а также в случае, если единственный родитель или оба родителя неизвестны, в иных случаях признания детей оставшимися без попечения родителей в установленном законом порядке.
Полное государственное обеспечение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - предоставление им за время пребывания в соответствующей организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды, обуви и мягкого инвентаря, проживания в жилом помещении без взимания платы или возмещение их полной стоимости, а также бесплатное оказание медицинской помощи (абз. 9 статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ).
В силу положений статьи 97 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся в помощи отчим и мачеха, воспитывавшие и содержавшие своих пасынков или падчериц, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от трудоспособных совершеннолетних пасынков или падчериц, обладающих необходимыми для этого средствами, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов). Суд вправе освободить пасынков и падчериц от обязанностей содержать отчима или мачеху, если последние воспитывали и содержали их менее пяти лет, а также, если они выполняли свои обязанности по воспитанию или содержанию пасынков и падчериц ненадлежащим образом.
По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части содержания и воспитания последнего. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.
Таким образом, фактическим воспитателем может быть признано лицо, которое воспитывало и содержало ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.
В судебном заседании установлено, что решением Нуримановского районного суда Республики Башкортостан от 13.02.2006 Салимова Р.А. лишена родительских прав в отношении несовершеннолетних детей С.А. и Салимовой П.А.
С Салимовой Р.А. на содержание С.А. и Салимовой П.А. взысканы алименты.
Постановлением от 29.03.2006 № администрации муниципального района Нуримановский район Республики Башкортостан Муратова Г.Ш. назначена опекуном над несовершеннолетними С.А. и Салимовой П.А., поскольку мать несовершеннолетних детей Салимова Р.А. лишена родительских прав, а отец Салимов А.Ш. находится в местах лишения свободы. Опекуну Муратовой Г.Ш. назначено пособие на содержание С.А. и Салимовой П.А.
Постановлением от 27.09.2007 № администрации муниципального района Нуримановский район Республики Башкортостан Муратова Г.Ш. освобождена от обязанностей опекуна над несовершеннолетними С.А. и Салимовой П.А., дети переданы на воспитание отцу Салимову А.Ш.
Решением Нуримановского районного суда Республики Башкортостан от 27.08.2013 Салимов А.Ш. лишен родительских прав в отношении несовершеннолетних детей С.А. и Салимовой П.А.
Постановлением от 24.06.2014 № администрации муниципального района Бирский район Республики Башкортостан Муратова Г.Ш. назначена опекуном С.А., ДАТА года рождения.
ДАТА С.А. погиб в ходе выполнения задач специальной военной операции на территории <адрес>
Свидетель В. суду показала, что С.А. обучался в школе <адрес>. Обучаться начал с шестого класса. Он проживал у тети Муратовой Г.Ш. Она постоянно посещала родительские собрания, относилась к С.А. как к своему сыну. Он всегда был опрятен, не опаздывал в школу, удовлетворительно учился, участвовал в спортивных мероприятиях. Она как классный руководитель посещала С.А. и дома. Условия проживания были очень хорошие, у него была своя комната.
Свидетель М. суду показал, что С.А. является его двоюродным братом. Он проживал в их семье. Взаимоотношения между ними были хорошие. Его мама Муратова Г.Ш. никогда не разделяла родных детей и С.А. Она очень хорошо относилась к С.А. Родители одинаково всех детей обеспечивали и одеждой и продуктами. Его мама всегда посещала родительские собрания.
Факт воспитания Муратовой Г.Ш. С.А. подтверждается показаниями допрошенных свидетелей и материалами дела.
Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Муратовой Г.Ш.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Муратовой Г.Ш. к Салимовой З.А., действующей также в интересах несовершеннолетних С.С., С.А., С.А. об установлении факта признания фактическим воспитателем гражданина, погибшего в специальной военной операции удовлетворить.
Признать Муратову Г.Ш., ДАТА года рождения, уроженку <адрес>, фактически воспитывавшей и содержащей (фактическим воспитателем) С., ДАТА года рождения, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Кушнаренковский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.
Мотивированное решение изготовлено 24 февраля 2026 года.
Судья Г.С. Белорусова