Решение
Именем Российской Федерации
04 сентября 2026 г. г.<адрес>
Терский районный суд Кабардино-Балкарской Республики в составе: председательствующего судьи Даова Х.Х., при секретаре с/з Кандроковой А.Х., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации к Кишевой К. С. о взыскании штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении и судебных расходов, установил:
федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации обратилось в суд с иском к Кишевой К.С. о взыскании штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении в размере 188 374 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 6 651 руб.
В обоснование требований указано, что <дата> между Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кабардино-Балкарской Республике и Кишевой К.С. заключен договор № о целевом обучении по образовательной программе высшего образования, в соответствии с которым ответчик приняла на себя обязательства освоить в ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России образовательную программу высшего образования по специальности 3<дата> «Медико-профилактическое дело», успешно пройти государственную итоговую аттестацию, заключить трудовой договор и осуществлять трудовую деятельность в соответствии с полученной квалификацией.
Ответчик была зачислена для обучения в пределах квоты целевого приема за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, однако обучение по предусмотренной договором образовательной программе не завершила и <дата> была отчислена из академии в связи с переводом в другую образовательную организацию, после чего продолжила обучение по направлению подготовки 3<дата> «Экономика».
Истцом указано, что расходы федерального бюджета в связи с обучением ответчика составили 188 374 руб., из которых 131 318 руб. определены как нормативные затраты на реализацию образовательной программы, а 57 056 руб. составили стипендиальные выплаты.
В судебном заседании <дата> представитель истца Танделова Р.Ф. заявленные требования поддержала в полном объеме по доводам искового заявления, просила их удовлетворить.
Представитель ответчика Эльбанов А.В. возражал против удовлетворения иска, указывая, что Кишева К.С. является инвалидом с детства, в период исполнения договора ей была установлена II группа инвалидности, что, по мнению стороны ответчика, являлось предусмотренным законодательством основанием для освобождения от ответственности.
После перерыва в судебное заседание <дата> лица, участвующие в деле, не явились. От представителя ответчика поступило письменное ходатайство о снижении размера взыскиваемого штрафа на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также заявление о применении исковой давности.
Протокольным определением суда от <дата> к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кабардино-Балкарской Республике. Рассмотрение дела отложено на <дата>
В ходе дальнейшего рассмотрения дела судом истребованы дополнительные сведения относительно установления ответчику инвалидности, предоставления ей мер социальной поддержки, осведомленности заказчика и образовательной организации о группе инвалидности, обстоятельств предоставления академических отпусков и последующего перевода.
Согласно письму Управления Роспотребнадзора по Кабардино-Балкарской Республике от <дата> № сведений об установлении Кишевой К.С. II группы инвалидности ни от нее, ни от академии в адрес заказчика не поступало, каких-либо решений в связи с установлением указанной группы инвалидности Управлением не принималось. Этим же письмом подтверждено, что предоставленные ответчику в период академических отпусков меры социальной поддержки по договору № в сумме 43 420 руб. впоследствии возмещены ею в полном объеме.
Согласно ответу ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от <дата> № академия сведениями об установлении Кишевой К.С. инвалидности II группы не располагала, документы, содержащие такие сведения, ответчиком в образовательную организацию не представлялись. Вместе с тем <дата> Кишевой К.С. была представлена справка серии МСЭ-2016 №, подтверждавшая наличие у нее категории «ребенок-инвалид» сроком до <дата> На основании заявления ответчика и указанной справки ей с <дата> была назначена государственная социальная стипендия, выплачивавшаяся по апрель 2021 года.
Из того же ответа следует, что академические отпуска предоставлялись ответчику на основании заключений врачебных комиссий от <дата> № и от <дата> №, а к продолжению обучения она допускалась на основании заключений врачебных комиссий от <дата> № и от <дата> №. Сведений о наличии у Кишевой К.С. инвалидности указанные заключения не содержали.
В письменных объяснениях от <дата> Кишева К.С. указала, что самостоятельно заказчика об установлении ей II группы инвалидности не уведомляла, поскольку не знала о наличии такой обязанности. Заявлений о расторжении либо изменении договора о целевом обучении заказчику не направляла. Свой перевод в другую образовательную организацию связывала с состоянием здоровья и невозможностью продолжения обучения в прежней форме.
<дата> в суд поступил отзыв ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России на письменную правовую позицию ответчика, направленный письмом от <дата> №, в котором истец просил отклонить доводы стороны ответчика об освобождении Кишевой К.С. от ответственности и возражал против уменьшения размера штрафа, ссылаясь в том числе на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от <дата> №-О.
В судебное заседание <дата> лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом.
Представитель истца Танделова Р.Ф. представила письменное заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя академии, заявленные требования поддержала.
Ответчик и ее представитель, будучи надлежащим образом извещенными, в судебное заседание не явились, об уважительных причинах неявки не сообщили, о рассмотрении дела в их отсутствие не просили.
Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Письменные сведения по существу поставленных судом вопросов третьим лицом представлены.
При таких обстоятельствах суд в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) определил рассмотреть настоящее дело при указанной явке.
Исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующим выводам.
Из копии паспорта следует, что Кишева К.С. родилась <дата> в <адрес> Кабардино-Балкарской Республики. В связи с этим указание в первоначальном исковом заявлении иной даты ее рождения является технической ошибкой и не препятствует установлению личности ответчика.
<дата> между Управлением Роспотребнадзора по Кабардино-Балкарской Республике как заказчиком и Кишевой К.С. как гражданином заключен договор № о целевом обучении по образовательной программе высшего образования.
В соответствии с разделами I, II, III и V договора ответчик приняла на себя обязательства освоить образовательную программу высшего образования по специальности 3<дата> «Медико-профилактическое дело» по очной форме обучения в ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России, пройти государственную итоговую аттестацию, заключить трудовой договор и осуществлять не менее трех лет трудовую деятельность в соответствии с полученной квалификацией в организации, определенной заказчиком. Заказчик обязался предоставлять предусмотренные договором меры социальной поддержки и обеспечить последующее трудоустройство. Договор допускал перевод с изменением характеристик обучения лишь по согласованию с заказчиком и с внесением соответствующих изменений в договор.
Приказом ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от <дата> №/о ответчик зачислена на первый курс медико-профилактического факультета по специальности 3<дата> «Медико-профилактическое дело», очная форма обучения, на место в пределах квоты приема на целевое обучение за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета.
<дата> Кишевой К.С. в академию представлена справка серии МСЭ-2016 № об установлении категории «ребенок-инвалид» сроком до <дата> Указанный документ послужил основанием, в частности, для назначения ей государственной социальной стипендии.
Приказом академии от <дата> №с Кишевой К.С. предоставлен академический отпуск по медицинским показаниям с <дата>
Согласно ответу федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кабардино-Балкарской Республике» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от <дата> № Кишевой К.С. после достижения совершеннолетия неоднократно устанавливалась инвалидность вследствие заболевания, являвшегося основанием для установления ей ранее категории «ребенок-инвалид».
После достижения совершеннолетия ответчику в апреле 2021 года установлена II группа инвалидности по причине «инвалидность с детства» сроком на шесть месяцев. В октябре 2021 года II группа инвалидности установлена повторно сроком на шесть месяцев, в апреле 2022 года вновь установлена II группа инвалидности сроком на шесть месяцев.
Приказом академии от <дата> №с после окончания первого академического отпуска и на основании заключения врачебной комиссии от <дата> № ответчик допущена к продолжению обучения с <дата>
Приказом академии от <дата> №с ответчику повторно предоставлен академический отпуск по медицинским показаниям.
С декабря 2022 года ответчику устанавливалась III группа инвалидности, а <дата> III группа инвалидности по причине «инвалидность с детства» установлена бессрочно. Установление с <дата> III группы инвалидности бессрочно подтверждается справкой серии МСЭ-2023 №.
Из индивидуальной программы реабилитации или абилитации от <дата> следует, что у Кишевой К.С. имеются ограничения первой степени способности к самообслуживанию, передвижению и трудовой деятельности. Ограничений способности к обучению не установлено, доступной определена трудовая деятельность в оптимальных и допустимых условиях труда, необходимость оборудования специального рабочего места не установлена.
Медицинскими документами также подтверждаются перенесенные Кишевой К.С. неоднократные оперативные вмешательства и длительное лечение заболевания правой стопы. Указанные обстоятельства суд учитывает при разрешении заявления о снижении размера ответственности.
<дата> Московским финансово-промышленным университетом «Синергия» выдана справка № о возможности зачисления ответчика в порядке перевода на обучение по направлению подготовки 3<дата> «Экономика».
Вместе с тем заключением врачебной комиссии от <дата> № состояние здоровья ответчика признано не препятствующим продолжению обучения в академии. В тот же день Кишева К.С. обратилась с заявлением о прекращении академического отпуска и была допущена к продолжению обучения, после чего подала заявление об отчислении в связи с переводом в Московский финансово-промышленный университет «Синергия».
Приказом ректора ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от <дата> №с ответчик досрочно отчислена со второго курса в связи с переводом в другую образовательную организацию.
Из справки Университета «Синергия» от <дата> № следует, что после перевода ответчик продолжила получение высшего образования по направлению подготовки 3<дата> «Экономика», по очно-заочной форме с применением дистанционных образовательных технологий, на платной основе.
Следовательно, в результате перевода были изменены образовательная организация, специальность и содержание образовательной программы, форма обучения, а также источник ее финансирования. Соглашение между ответчиком и заказчиком о внесении таких изменений в договор № не заключалось.
Письмом Управления Роспотребнадзора по Кабардино-Балкарской Республике от <дата> № сообщено, что договор № расторгнут по причине неисполнения гражданином обязательств по освоению образовательной программы, дополнения и изменения в части образовательной организации в договор не вносились.
Разрешая спор, суд исходит из нормативного регулирования, действовавшего применительно к договору, заключенному <дата>
Частью 3 статьи 2 Федерального закона от <дата> № 124-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации»» предусмотрено, что положения Федерального закона от <дата> № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» в новой редакции не распространяются на правоотношения из договоров о целевом обучении, заключенных до <дата>
Таким образом, к спорным правоотношениям подлежат применению Федеральный закон от <дата> № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» в соответствующей редакции и Положение о целевом обучении по образовательным программам среднего профессионального и высшего образования, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> № «О целевом обучении по образовательным программам среднего профессионального и высшего образования и признании утратившим силу постановления Правительства Российской Федерации от <дата> №», в редакции от <дата> (далее по тексту - Положение №).
В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Согласно пункту 1 статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, кроме предусмотренных законом случаев.
В силу части 2 статьи 56 Федерального закона № 273-ФЗ в применимой редакции к существенным условиям договора о целевом обучении относились в том числе обязательства гражданина по освоению образовательной программы и осуществлению трудовой деятельности в соответствии с полученной квалификацией.
Согласно пункту 31 Положения № в случае перевода гражданина по его инициативе на обучение с характеристиками обучения, не соответствующими договору о целевом обучении, характеристики обучения могут быть изменены по соглашению сторон договора. При недостижении такого соглашения договор расторгается, заказчик освобождается от ответственности за неисполнение обязательств, а гражданин несет ответственность за неисполнение обязательств по договору.
Поскольку после перевода ответчик приступила к освоению программы бакалавриата по направлению подготовки 3<дата> «Экономика» по очно-заочной форме с применением дистанционных образовательных технологий на платной основе вместо предусмотренного договором очного обучения по программе специалитета 3<дата> «Медико-профилактическое дело» за счет федерального бюджета, обязательство по освоению предусмотренной договором образовательной программы исполнено не было.
Сам факт продолжения получения ответчиком высшего образования после перевода не свидетельствует об исполнении договора №, поскольку целью договора являлась подготовка специалиста именно медико-профилактического профиля для последующего трудоустройства и осуществления трудовой деятельности по полученной квалификации.
Довод стороны ответчика о наличии предусмотренного законодательством основания для полного освобождения Кишевой К.С. от ответственности в связи с установлением ей II группы инвалидности суд признает необоснованным.
Пунктом 19 Положения № действительно предусматривалось, что признание гражданина в установленном порядке инвалидом I или II группы, если такое основание возникло не ранее даты заключения договора о целевом обучении, является основанием для расторжения договора по инициативе гражданина с освобождением сторон от ответственности. Вместе с тем для реализации данного основания гражданин, желающий расторгнуть договор, должен был письменно уведомить заказчика о наличии соответствующего основания с приложением подтверждающего документа.
Пунктом 22 Положения № предусматривалось, что гражданин при возникновении основания для расторжения договора уведомляет заказчика о его наличии с приложением подтверждающих документов не позднее одного месяца с даты возникновения соответствующего основания.
Из материалов дела следует, что в период установления II группы инвалидности ответчик предусмотренного Положением № волеизъявления о расторжении договора заказчику не направляла, документы об установлении II группы ему не представляла. Напротив, после окончания первого академического отпуска она продолжила исполнение договора и обучение по специальности «Медико-профилактическое дело».
Ссылка ответчика на то, что сведения об инвалидности могли быть получены государственными органами посредством межведомственного информационного взаимодействия, правового значения для разрешения данного вопроса не имеет. Получение органом сведений об инвалидности и письменное волеизъявление гражданина на расторжение договора по предусмотренному Положением № основанию имеют различное правовое значение. Наличие медицинского статуса не заменяет предусмотренного специальным регулированием обращения гражданина о прекращении договорных отношений.
Представление академии в октябре 2020 года справки об установлении категории «ребенок-инвалид» также не подтверждает расторжения договора по пункту 19 Положения №, поскольку названная справка предшествовала установлению II группы инвалидности, была представлена образовательной организации, не являвшейся заказчиком по договору, и использовалась в том числе для назначения государственной социальной стипендии.
К моменту прекращения обучения в академии <дата> ответчику была установлена III группа инвалидности бессрочно. Отчисление произведено не в связи с расторжением договора по основанию, предусмотренному пунктом 19 Положения №, а в связи с переводом по инициативе ответчика в другую образовательную организацию.
При этом суд учитывает доводы ответчика о том, что состояние здоровья фактически повлияло на ход ее обучения. Наличие заболевания подтверждается медицинской документацией, дважды предоставлялись продолжительные академические отпуска. Однако указанные обстоятельства не могут быть отождествлены с предусмотренной нормативным актом процедурой освобождения от ответственности, тем более что ограничения способности к обучению ответчику не устанавливались, а непосредственно перед переводом врачебная комиссия признала возможным продолжение ею обучения.
В связи с этим оснований для полного освобождения ответчика от ответственности суд не усматривает.
В соответствии с частью 6 статьи 71.1 Федерального закона № 273-ФЗ в применимой редакции гражданин, принятый на целевое обучение в пределах установленной квоты за счет бюджетных ассигнований соответствующего бюджета и не исполнивший предусмотренное законом обязательство по осуществлению трудовой деятельности, выплачивает образовательной организации штраф в размере расходов соответствующего бюджета, осуществленных на его обучение.
Пунктами 53 и 54 Положения № предусмотрено, что гражданин, не исполнивший соответствующее обязательство, выплачивает штраф, получателем которого является образовательная организация, в которой гражданин обучался.Специальный порядок определения размера штрафа установлен пунктом 58 Положения №. При незавершении гражданином освоения образовательной программы размер штрафа определяется в соответствии с нормативными затратами пропорционально доле, которую составляет период фактического обучения по образовательной программе (дней) от срока обучения по образовательной программе, установленного федеральным государственным образовательным стандартом (с учетом формы обучения и иных условий, установленных федеральным государственным образовательным стандартом).
Согласно представленному истцом расчету период фактического обучения ответчика составил:
с <дата> по <дата> - 122 дня, нормативные затраты 28 594 руб.;
с <дата> по <дата> - 69 дней, нормативные затраты 20 026 руб.;
с <дата> по <дата> - 281 день, нормативные затраты 82 698 руб.
Периоды нахождения ответчика в академических отпусках с <дата> по <дата> и с <дата> по <дата> в расчет нормативных затрат не включены.
Общий размер нормативных затрат, определенный образовательной организацией в соответствии с продолжительностью фактического обучения ответчика, составил:
28 594 руб. + 20 026 руб. + 82 698 руб. = 131 318 руб.
Указанный расчет согласуется с представленными академией документами о нормативных затратах и продолжительности фактического обучения, арифметически является правильным.
Одновременно истцом к названной сумме прибавлены стипендиальные выплаты в общем размере 57 056 руб., в том числе государственная академическая стипендия в размере 15 450 руб., государственная социальная стипендия в размере 21 606 руб. и иные виды стипендиальных выплат в размере 20 000 руб. В результате размер заявленного штрафа определен истцом в сумме 188 374 руб.
С указанным расчетом в данной части суд согласиться не может.
Пункт 58 Положения № устанавливает специальный способ определения штрафа при незавершении образовательной программы и прямо связывает его размер с нормативными затратами на оказание государственных услуг по реализации соответствующей образовательной программы и продолжительностью фактического обучения. Норма не предусматривает дополнительного увеличения определенной таким способом суммы на все иные выплаты, произведенные обучающемуся за счет средств бюджета.
Согласно статье 36 Федерального закона № 273-ФЗ стипендия представляет собой денежную выплату, назначаемую обучающимся в целях стимулирования и (или) поддержки освоения соответствующих образовательных программ. Государственная академическая и государственная социальная стипендии выплачиваются из стипендиального фонда, являющегося самостоятельным механизмом финансового обеспечения соответствующих денежных выплат.
Следовательно, наличие у таких выплат бюджетного источника финансирования еще не означает их включение в определенные пунктом 58 Положения № нормативные затраты на реализацию образовательной программы.
Материалы дела подтверждают, что академия сама осуществила раздельный учет нормативных затрат на образовательную программу и стипендиальных выплат. Доказательств того, что суммы государственной академической и государственной социальной стипендий включены в нормативные затраты, определяемые по правилам пункта 58 Положения №, истцом не представлено.
Не представлено также доказательств того, что указанные истцом «иные виды стипендиальных выплат» в размере 20 000 руб. являлись предусмотренной договором специальной мерой поддержки целевого обучающегося либо входили в состав рассчитанных нормативных затрат.
Напротив, предоставленные непосредственно заказчиком по договору меры социальной поддержки учтены отдельно и составили 43 420 руб., которые ответчиком полностью возвращены заказчику.
При этом истцом заявлено требование именно о взыскании установленного частью 6 статьи 71.1 Федерального закона № 273-ФЗ штрафа. Самостоятельного требования о возмещении убытков, возврате неосновательно полученных денежных средств либо взыскании соответствующих стипендиальных выплат на ином правовом основании истцом не заявлено.
В связи с этим сумма 57 056 руб. включению в размер штрафа не подлежит, а обоснованным размером предусмотренного пунктом 58 Положения № штрафа является 131 318 руб.
Разрешая заявление о применении исковой давности, суд исходит из следующего.
Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.
По правилам пункта 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения, а если должнику предоставляется срок для исполнения предъявленного требования, течение срока исковой давности начинается по окончании предоставленного срока.
Пунктом 59 Положения № гражданину предоставлялось 12 месяцев со дня получения требования для выплаты штрафа, а пункт 62 предусматривал возможность его судебного взыскания при невыплате штрафа в установленный срок. Требование от <дата> получено ответчиком <дата>
Вместе с тем даже при исчислении трехлетнего срока исковой давности с наиболее раннего возможного момента, то есть с <дата>, когда прекращено обучение ответчика по предусмотренной договором образовательной программе и стало известно о ее переводе на программу, не соответствующую условиям договора, срок исковой давности на дату обращения истца за судебной защитой не истек.
С заявлением о вынесении судебного приказа истец обратился <дата> Судебный приказ № вынесен мировым судьей судебного участка № Терского судебного района Кабардино-Балкарской Республики <дата> и отменен определением мирового судьи от <дата> в связи с поступлением возражений должника. После отмены судебного приказа истец обратился в суд в порядке искового производства.
Кроме того, в силу статьи 204 ГК РФ со дня обращения в суд за защитой нарушенного права в установленном порядке срок исковой давности не течет в течение всего времени осуществления судебной защиты.
Таким образом, независимо от выбора возможной начальной точки исчисления срока исковой давности, предусмотренный статьей 196 ГК РФ трехлетний срок истцом не пропущен, в связи с чем заявление представителя ответчика о применении последствий его истечения удовлетворению не подлежит.
Разрешая ходатайство представителя ответчика об уменьшении размера штрафа, суд учитывает следующее.
В силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить.
Согласно пунктам 69, 71 и 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» правила статьи 333 ГК РФ применяются в том числе к неустойке, установленной законом. При взыскании неустойки с гражданина, не осуществляющего предпринимательскую деятельность, ее уменьшение допускается при наличии обстоятельств, свидетельствующих об очевидной несоразмерности санкции последствиям нарушения обязательства.
В Решении Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № АКПИ23-747 разъяснено, что штраф, предусмотренный законодательством о целевом обучении, является мерой гражданско-правовой ответственности, к которой применяются предусмотренные главой 23 ГК РФ правила.
Довод стороны истца о том, что применение статьи 333 ГК РФ к предусмотренному законодательством о целевом обучении штрафу исключается правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от <дата> №-О «По запросу Советского районного суда <адрес> - Югры о проверке конституционности части 6 статьи 71.1 Федерального закона "Об образовании в Российской Федерации" и абзаца четвертого пункта 58 Положения о целевом обучении по образовательным программам среднего профессионального и высшего образования, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> №», суд находит основанным на неверном толковании содержания указанного судебного акта.
В Определении от <дата> №-О Конституционный Суд Российской Федерации исходил из того, что механизм целевого обучения по образовательным программам высшего образования основан на договорных отношениях гражданина и заказчика и предполагает согласие сторон с условиями и правовыми последствиями целевого обучения. Принимая во внимание специальный порядок приема на целевое обучение в пределах установленной квоты, публично значимую цель подготовки необходимых специалистов, а также гарантии, предоставляемые гражданину в рамках целевого обучения, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что установленное законом последствие в виде выплаты штрафа при неисполнении обязательства по осуществлению трудовой деятельности вследствие незавершения освоения образовательной программы не может рассматриваться как несовместимое с конституционными принципами равенства и справедливости и нарушающее баланс конституционно признанных интересов сторон.
При этом Положение о целевом обучении, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> №, которое являлось предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации в названном Определении, непосредственно к спорному договору не применяется. Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации учитывается судом в части конституционно-правовой оценки предусмотренного частью 6 статьи 71.1 Федерального закона № 273-ФЗ механизма ответственности за нарушение обязательств по целевому обучению.
Вместе с тем предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации являлась конституционность части 6 статьи 71.1 Федерального закона № 273-ФЗ и специального порядка определения размера штрафа. Вопрос о применении положений статьи 333 ГК РФ при разрешении конкретного гражданско-правового спора Конституционным Судом Российской Федерации не разрешался, вывод о недопустимости судебного уменьшения указанной меры ответственности в Определении от <дата> №-О отсутствует.
Указание Конституционного Суда Российской Федерации на предусмотренные законодателем элементы соразмерности характеризует конституционную допустимость установленной законом модели ответственности и не означает, что исчисленный по установленным правилам размер штрафа при любых фактических обстоятельствах конкретного дела является заведомо соразмерным последствиям допущенного нарушения.
В соответствии с пунктом 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом.
Таким образом, правовая позиция, изложенная в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-О, сама по себе не исключает применения статьи 333 ГК РФ при наличии установленных судом обстоятельств, свидетельствующих о явной несоразмерности подлежащей взысканию суммы последствиям конкретного нарушения обязательства. Вопрос о наличии таких обстоятельств подлежит разрешению судом исходя из фактических обстоятельств настоящего дела и представленных сторонами доказательств.
В настоящем деле ответчиком заявлено письменное ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ и представлены доказательства, характеризующие состояние ее здоровья и имущественное положение.
Суд учитывает, что ответчик является инвалидом с детства. В период действия договора ей неоднократно устанавливалась II группа инвалидности, наличие которой при соблюдении предусмотренной Положением № процедуры предоставляло гражданину право расторгнуть договор без наступления ответственности. Впоследствии ей бессрочно установлена III группа инвалидности.
Состояние здоровья ответчика повлекло предоставление двух продолжительных академических отпусков по медицинским показаниям. Медицинской документацией подтверждаются неоднократные оперативные вмешательства и стойкие нарушения функций организма. Ответчик получает пенсию, сведения о размере которой представлены в материалы дела.
Вместе с тем согласно пункту 73 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации тяжелое финансовое положение должника и иные перечисленные в данном разъяснении обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для уменьшения неустойки. В связи с этим имущественное положение ответчика учитывается судом не как самостоятельное основание для уменьшения штрафа, а в совокупности с обстоятельствами, характеризующими состояние ее здоровья, ход исполнения договора и последствия допущенного нарушения.
Суд также учитывает, что предоставленные непосредственно заказчиком меры социальной поддержки в сумме 43 420 руб. ответчиком полностью возвращены, вследствие чего она уже понесла имущественные последствия прекращения исполнения договора.
В то же время обстоятельства дела не свидетельствуют о невозможности исполнения ответчиком обязанности по обучению в течение всего спорного периода. Ограничение способности к обучению не устанавливалось, после первого академического отпуска ответчик продолжила обучение, а непосредственно перед переводом в другую образовательную организацию врачебной комиссией было подтверждено отсутствие медицинских препятствий для его продолжения.
При оценке соразмерности суд учитывает также публично значимую цель целевого обучения, заключающуюся в подготовке за счет бюджетных средств специалиста определенного профиля для последующего осуществления трудовой деятельности в соответствующей сфере. В результате действий ответчика предусмотренная договором образовательная программа не завершена, квалификация по специальности 3<дата> «Медико-профилактическое дело» не получена, предусмотренная договором цель подготовки соответствующего специалиста не достигнута.
Оценивая приведенные обстоятельства в совокупности, суд приходит к выводу, что взыскание с ответчика всей установленной в соответствии с пунктом 58 Положения № суммы штрафа в размере 131 318 руб. с учетом конкретных обстоятельств исполнения договора, длительности медицински обусловленных перерывов в обучении, характера заболевания, установления в период действия договора II группы инвалидности, действующей III группы инвалидности, имущественного положения ответчика и возврата мер социальной поддержки являлось бы явно несоразмерным последствиям нарушения обязательства.
Вместе с тем чрезмерное уменьшение санкции не отвечало бы характеру допущенного нарушения и не обеспечивало бы разумного баланса интересов сторон.
При таких обстоятельствах, оценивая характер допущенного нарушения, степень исполнения ответчиком принятых на себя обязательств, продолжительность фактического обучения, состояние ее здоровья как в период исполнения договора, так и на момент рассмотрения дела, установление ей в период действия договора II группы инвалидности, предоставление двух продолжительных академических отпусков по медицинским показаниям, последующее установление III группы инвалидности бессрочно, а также полный возврат заказчику предоставленных мер социальной поддержки в размере 43 420 руб., суд приходит к выводу о наличии оснований для уменьшения предусмотренной законом меры ответственности.
Вместе с тем суд учитывает, что ограничений способности ответчика к обучению не установлено, непосредственно перед прекращением обучения врачебной комиссией подтверждена возможность его продолжения, предусмотренная Положением № процедура расторжения договора в связи с установлением II группы инвалидности ответчиком реализована не была, обучение по обусловленной договором образовательной программе не завершено, соответствующая квалификация не получена и установленная договором цель подготовки специалиста для последующего осуществления трудовой деятельности не достигнута.
С учетом совокупности приведенных обстоятельств суд считает справедливым и соразмерным уменьшить размер подлежащего взысканию штрафа на основании статьи 333 ГК РФ с 131 318 руб. до 90 000 руб. Такое уменьшение, с одной стороны, учитывает заслуживающие внимания обстоятельства, связанные с состоянием здоровья ответчика и фактическим исполнением ею договора, а с другой - не приводит к освобождению от ответственности и сохраняет для установленной законом санкции компенсационно-превентивное значение.
Разрешая вопрос о судебных расходах, суд исходит из следующего.
Истцом при обращении за судебной защитой уплачена государственная пошлина в общей сумме 6 651 руб., включая государственную пошлину, уплаченную при обращении с заявлением о выдаче судебного приказа и зачтенную при последующем предъявлении иска.
Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, присуждается возмещение понесенных по делу судебных расходов пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
При этом уменьшение установленного судом размера штрафа с 131 318 руб. до 90 000 руб. произведено исключительно на основании статьи 333 ГК РФ и при определении размера подлежащих возмещению расходов по уплате государственной пошлины не учитывается.
Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах уплаты государственной пошлины при рассмотрении дел в судах» разъяснено, что при уменьшении судом неустойки на основании заявления ответчика судебные расходы по уплате государственной пошлины определяются исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.
Вместе с тем в удовлетворении требования в части 57 056 руб., включенных истцом в размер штрафа в качестве стипендиальных выплат, суд отказывает не вследствие применения статьи 333 ГК РФ, а ввиду отсутствия правовых оснований для включения указанных выплат в расчетную базу штрафа, установленную пунктом 58 Положения №.
Следовательно, при распределении судебных расходов обоснованной частью заявленного имущественного требования является сумма 131 318 руб. из заявленных 188 374 руб.
Размер подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца расходов по уплате государственной пошлины составляет: 6 651 руб. * 131 318 руб. : 188 374 руб. = 4 636 руб. 50 коп.
В связи с этим с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 636 руб. 50 коп.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации к Кишевой К. С. о взыскании штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении и судебных расходов удовлетворить частично.
Взыскать с Кишевой К. С., <дата> года рождения, паспорт гражданина Российской Федерации серии 83 17 №, выдан Отделением Управления Федеральной миграционной службы России по Кабардино-Балкарской Республике в <адрес> <дата>, в пользу федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации, №, штраф за неисполнение обязательств по договору № о целевом обучении по образовательной программе высшего образования от <дата> в размере 90 000 (девяносто тысяч) руб.
Взыскать с Кишевой К. С. в пользу федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 636 (четыре тысячи шестьсот тридцать шесть) руб. 50 коп.
В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики через Терский районный суд Кабардино-Балкарской Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено <дата>
Судья Х.Х. Даов