Решение
Именем Российской Федерации
<дата> г.<адрес>
Терский районный суд Кабардино-Балкарской Республики в составе: председательствующего судьи Даова Х.Х., при секретаре с/з Кандроковой А.Х., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Тлеужева А. Р. к Акционерному обществу «ТБанк» о признании кредитного договора недействительным, возложении обязанности по направлению в бюро кредитных историй сведений об исключении информации о кредитном договоре, взыскании судебных расходов, установил:
Тлеужев А.Р. обратился в Терский районный суд Кабардино-Балкарской Республики с иском к АО «ТБанк», в котором просил признать недействительным кредитный договор, оформленный от его имени <дата>, обязать ответчика направить в бюро кредитных историй сведения, необходимые для исключения из его кредитной истории информации об указанном договоре, взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.
В обоснование требований указал, что с апреля 2025 года пользовался дебетовой картой «Т-Блэк», выданной АО «ТБанк». Одновременно ему была передана кредитная карта «Т-Платинум» с кредитным лимитом 171 000 руб., денежными средствами по которой до спорных событий он не пользовался.
<дата> примерно в 16 часов 00 минут на его учетную запись в мессенджере Telegram с учетной записи супруги поступило сообщение «Это ты на фото?» с прикрепленным файлом «Фото 36.apk». После нажатия на файл открылось окно браузера с сообщением о невозможности открытия страницы и необходимости установки либо обновления приложения. Истец утверждал, что каких-либо приложений после этого не устанавливал, банковские реквизиты, пароли, коды доступа и одноразовые коды третьим лицам не сообщал.
<дата> ему стало известно, что от его имени в АО «ТБанк» оформлен кредит на сумму 286 000 руб., а с использованием принадлежавших ему банковских продуктов совершены две операции по 100 000 руб. каждая в пользу торговой точки «Ремонт бытовой техники». Истец сообщил сотрудникам банка, что кредит не оформлял, товары либо услуги у указанного получателя не приобретал, распоряжений о перечислении денежных средств не давал.
В тот же день Тлеужев А.Р. обратился с заявлением в Отдел МВД России по <адрес> Кабардино-Балкарской Республики.
<дата> им направлена в АО «ТБанк» претензия, в которой оспорено возникновение кредитного обязательства. Поскольку требования банком удовлетворены не были, <дата> истец обратился в суд.
Решением Терского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от <дата> исковые требования удовлетворены.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от <дата> решение суда оставлено без изменения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от <дата> по делу № решение Терского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от <дата> и апелляционное определение от <дата> отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на необходимость проверить последовательность и характер действий истца и ответных действий банка на каждом этапе, наличие у банка оснований для сомнений в характере совершаемых операций, порядок выявления таких оснований, меры, предпринимавшиеся для непосредственной связи с заемщиком и установления его волеизъявления на заключение кредитного договора и последующее распоряжение денежными средствами, направление уведомлений об операциях, а также дать оценку поведению сторон с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности.
При новом рассмотрении дела АО «ТБанк» представило письменный отзыв, в котором иск не признало.
Ответчик указал, что <дата> от имени истца поступила заявка на заключение договора расчетной карты №, а <дата> при личной встрече с представителем банка истцу переданы расчетная и кредитная карты и относящиеся к ним документы. Заявление-анкета, по утверждению банка, подписано истцом собственноручно, его личность проверена по паспорту, в заявлении указан принадлежащий ему абонентский номер. Одновременно была оформлена заявка на заключение договора кредитной карты №, впоследствии утвержденная банком.
По сведениям ответчика, <дата> в 08 часов 25 минут произведен вход в личный кабинет истца через браузер с нового устройства и нового IP-адреса. Для входа правильно введены номер банковской карты, ранее установленный многоразовый пароль и одноразовый код, направленный на абонентский номер истца. В связи с использованием нового устройства системой дополнительно запрошены полный номер банковской карты и многоразовый пароль, которые также введены правильно.
В рамках указанной сессии подана заявка на заключение кредитного договора №. По утверждению банка, индивидуальные условия кредитования отображались в личном кабинете, после чего нажатием кнопки «Активировать кредит» подтверждены ознакомление с ними и согласие на заключение договора.
<дата> в 08 часов 27 минут денежные средства в размере 286 000 руб. перечислены на счет №, открытый в рамках договора расчетной карты №.
В 08 часов 34 минуты с использованием кредитной карты, относящейся к договору №, произведена оплата по QR-коду в размере 100 000 руб., а в 08 часов 41 минуту со счета расчетной карты №, на который незадолго до этого поступили денежные средства по спорному кредитному договору, произведена еще одна оплата по QR-коду в размере 100 000 руб. Оба платежа направлены в пользу торговой точки «Ремонт бытовой техники». Получателем денежных средств указан ИП Деревянный А.А., <данные изъяты>, <данные изъяты> №.
АО «ТБанк» ссылалось на то, что перед совершением операций на абонентский номер истца направлялись одноразовые коды, которые вводились правильно, в связи с чем полагало, что истец допустил разглашение третьим лицам данных, необходимых для доступа к дистанционному банковскому обслуживанию.
Ответчик также ссылался на нарушение Тлеужевым А.Р. частей 11 и 15 статьи 9 Федерального закона от <дата> № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», полагая, что истец своевременно не сообщил о несанкционированном входе и нарушил предусмотренный договором порядок использования электронного средства платежа.
АО «ТБанк» возражало против придания преюдициального значения постановлению о возбуждении уголовного дела и постановлению о признании истца потерпевшим.
В случае признания кредитного договора недействительным ответчик просил применить последствия его недействительности. При этом позиция банка относительно размера денежных средств, подлежащих взысканию с истца, изложена неоднозначно. В мотивировочной части отзыва банк указал, что из предоставленных по кредиту 286 000 руб. в счет погашения задолженности поступило 127 200 руб., после чего определил остаток в размере 158 000 руб., тогда как арифметическая разница между указанными суммами составляет 158 800 руб. В просительной части отзыва банк просил взыскать с истца в порядке реституции 127 200 руб.
Кроме того, ответчик ходатайствовал о привлечении к участию в деле ИП Деревянного А.А. и просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.
Протокольным определением суда от <дата> к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ИП Деревянный А.А.
<дата> от АО «ТБанк» поступили дополнительные письменные объяснения, в которых ответчик указал, что перед оформлением кредита контактный номер истца не изменялся, параметры использовавшегося устройства и сведения о получателе платежей отсутствовали в базах данных как связанные с мошенническими операциями, от операторов связи, владельцев мессенджеров и иных организаций информация о нетипичной коммуникационной активности клиента в банк не поступала, а одноразовые коды вводились правильно с первой попытки.
Банк полагал, что использование нового устройства не свидетельствует о постороннем доступе, а приобретение товаров за счет потребительского кредита соответствует обычной модели потребительского поведения. Кроме того, ответчик сослался на возможность предъявления истцом самостоятельных требований о взыскании неосновательного обогащения к получателю денежных средств и расценил предъявление иска к банку как злоупотребление правом.
В дополнительных объяснениях АО «ТБанк» вновь просило отказать в удовлетворении иска, а в случае его удовлетворения взыскать с истца 127 200 руб. в порядке применения последствий недействительности сделки, рассмотрев дело в отсутствие представителя банка.
В судебное заседание <дата> истец, представитель ответчика и третье лицо, надлежащим образом извещенные о дате, месте и времени рассмотрения дела в суд не явились.
Истец Тлеужев А.Р. представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, исковые требования поддержал. Ответчик АО «ТБанк» в письменном отзыве и дополнительных письменных объяснениях просило рассмотреть дело в отсутствие его представителя.
Судебное извещение ИП Деревянному А.А. направлено по известному суду адресу в <адрес>. Согласно отчету об отслеживании почтового отправления № корреспонденция <дата> поступила в место вручения, <дата> предпринята попытка ее вручения, после чего отправление возвращено за истечением установленного срока хранения.
Согласно пунктам 67 и 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат, а положения статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также к судебным извещениям и вызовам, если процессуальным законодательством не установлено иное.
С учетом изложенного и положений частей 3 и 5 статьи 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Исследовав материалы дела, представленные сторонами и дополнительно истребованные доказательства, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
По смыслу статьи 432 ГК РФ договор возникает в результате согласованного волеизъявления его сторон и считается заключенным, если между ними в требуемой форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям.
Согласно пункту 1 статьи 160 ГК РФ письменная форма сделки считается соблюденной в том числе при ее совершении с использованием электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести содержание сделки на материальном носителе в неизменном виде, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю.
В соответствии со статьей 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.
Частью 14 статьи 7 Федерального закона от <дата> № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» предусмотрена возможность подписания документов, необходимых для заключения договора потребительского кредита, включая индивидуальные условия договора и заявление о предоставлении кредита, с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам.
Следовательно, дистанционная форма заключения кредитного договора законом допускается, однако использование паролей, одноразовых кодов и иных средств электронной аутентификации требует установления того, что выраженное посредством них волеизъявление действительно исходило от лица, которому в дальнейшем вменяется возникновение кредитного обязательства.
В Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №-КГ25-12-К3 обращено внимание на необходимость установить, кем именно была принята оферта банка, имелось ли волеизъявление лица, от имени которого оформлен кредитный договор, либо совершенные им технические действия лишь позволили третьему лицу реализовать собственное волеизъявление, а также в пользу кого фактически произведено исполнение по сделке.
Согласно пункту 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона знала или должна была знать об обмане.
Как разъяснено в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №, обманом является в том числе намеренное сообщение не соответствующей действительности информации либо умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при требуемой по условиям оборота добросовестности. Обстоятельства обмана могут устанавливаться судом по общим правилам гражданского судопроизводства и не требуют наличия вступившего в законную силу обвинительного приговора.
Из материалов дела следует, что <дата> между Тлеужевым А.Р. и АО «ТБанк» возникли правоотношения по договору расчетной карты №, в рамках которого открыт счет № и выпущена расчетная карта с окончанием номера *4655.
Представленные ответчиком технические сведения подтверждают, что до <дата> Тлеужев А.Р. обычно пользовался мобильным приложением банка с устройства Xiaomi M2101K6G под управлением операционной системы Android 13.
В телефонном разговоре с сотрудником банка Тлеужев А.Р. также сообщил, что пользуется телефоном Redmi 10 Pro, что соответствует техническим сведениям ответчика.
Между тем спорная активность <дата> осуществлялась с иного устройства на платформе iOS 18.5.
В 07 часов 48 минут 46 секунд системой банка зафиксирована активность с IP-адреса 176.59.83.156, а в 08 часов 25 минут 27 секунд произведен вход с устройства на платформе iOS 18.5 с IP-адреса 176.59.70.227.
АО «ТБанк» прямо указало, что соответствующий iPhone являлся новым и нехарактерным для данного клиента устройством.
Суд соглашается с доводом ответчика о том, что один лишь факт использования нового устройства не позволяет сделать вывод о постороннем доступе. Однако в настоящем деле указанное обстоятельство имело место не изолированно, а в совокупности с рядом иных последовательно возникших признаков.
Практически сразу после входа с нового устройства от имени истца была подана заявка на кредит в размере 286 000 руб.
В 08 часов 27 минут 43 секунды 286 000 руб. зачислены на счет расчетной карты истца.
Уже в 08 часов 34 минуты 54 секунды с использованием иной принадлежавшей истцу кредитной карты произведена оплата по QR-коду в размере 100 000 руб. в пользу торговой точки «Ремонт бытовой техники».
В 08 часов 41 минуту 09 секунд со счета №, на который менее чем за четырнадцать минут до этого были зачислены 286 000 руб. по спорному кредитному договору, произведена еще одна оплата по QR-коду в размере 100 000 руб. в пользу того же получателя.
Таким образом, в пределах одной непродолжительной сессии произошли вход с нового устройства, оформление значительного кредита, крупная операция по ранее не использовавшейся подобным образом кредитной карте и последующий перевод 100 000 руб. со счета, на который непосредственно перед этим были зачислены средства по спорному кредиту.
До <дата> характер операций истца существенно отличался.
Из банковской выписки следует, что ранее Тлеужев А.Р. преимущественно совершал обычные повседневные покупки и переводы на суммы от нескольких десятков до нескольких тысяч рублей. В частности, в утреннее время имели место платежи в кофейне на сумму 100 руб. Данных о совершении им ранее сопоставимых по размеру платежей по 100 000 руб. новому получателю материалы дела не содержат.
Приказом Банка России от <дата> № ОД-1027 «Об установлении признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента и отмене приказа Банка России от <дата> № ОД-2525», действовавшим <дата>, к признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента было отнесено несоответствие характера, параметров либо объема проводимой операции операциям, обычно совершаемым клиентом, в том числе по времени, месту, используемому устройству, сумме, частоте операций и получателю средств.
Поэтому отсутствие сведений об использованном устройстве либо получателе средств в базе данных Банка России, отсутствие смены контактного телефонного номера и сведений операторов связи о нетипичной коммуникационной активности не исключали необходимости оценки операций по самостоятельному признаку их несоответствия обычному финансовому поведению клиента.
Более того, сам ответчик в письменных объяснениях признавал, что сочетание нового устройства, новых параметров подключения, оформления кредита и последующего распоряжения значительными денежными средствами потребовало применения дополнительных мер проверки.
Особое значение имеет дальнейшая последовательность событий.
В 08 часов 50 минут 44 секунды была предпринята еще одна операция на сумму 205 000 руб., которую система безопасности банка уже признала требующей дополнительной проверки.
В 08 часов 53 минуты 13 секунд сотрудник АО «ТБанк» связался с Тлеужевым А.Р. Истец операцию не подтвердил и сообщил о ранее открытом подозрительном файле.
После указанного разговора карты были заблокированы и направлены на перевыпуск, пароль и привязки устройств сброшены.
Таким образом, собственная система безопасности ответчика в рамках той же непрерывной последовательности действий выявила признаки, потребовавшие непосредственной проверки у клиента, однако такая проверка произведена лишь после оформления кредита и совершения двух операций по 100 000 руб.
Ответчиком не представлено убедительного объяснения, почему признаки, ставшие достаточными для дополнительной проверки операции на 205 000 руб., не повлекли сопоставимых мер предосторожности на предшествовавшем этапе той же сессии, когда после входа с нового устройства был оформлен кредит и началось совершение крупных нетипичных платежей.
Согласно техническим сведениям банка, в 08 часов 50 минут 45 секунд клиенту направлено сообщение о блокировке карты *4655 и доступа к операциям, в 08 часов 57 минут 06 секунд - сообщение о блокировке карты *6559. Вместе с тем уже в 09 часов 00 минут 35 секунд банк сообщил о восстановлении доступа, после чего вновь направлялись коды для входа.
Технические журналы фиксируют дальнейшую активность устройства на платформе iOS.
Причины столь оперативного восстановления доступа после того, как клиент непосредственно сообщил сотруднику банка о неподтвержденной операции и подозрительном файле, ответчиком исчерпывающе не раскрыты.
Не устранены ответчиком и противоречия в последовательности уведомлений о заключении спорного кредитного договора.
Кредитные денежные средства зачислены на счет в 08 часов 27 минут 43 секунды, сообщение об их поступлении направлено в 08 часов 27 минут 44 секунды.
При этом сообщение «Подпишите документы и получите деньги по кредиту» направлено лишь в 08 часов 28 минут 10 секунд, то есть после отраженного самим банком момента предоставления денежных средств.
В 09 часов 35 минут направлено также сообщение об одобрении кредита до 286 000 руб. с предложением подобрать окончательную сумму и срок.
Убедительного объяснения указанной последовательности ответчиком не дано.
В представленной банковской выгрузке отсутствует отдельное сообщение с кодом, направленное до предоставления 286 000 руб. и прямо предназначенное для подписания кредитного договора №.
Ссылка банка на нажатие кнопки «Активировать кредит» подтверждает совершение электронного действия в личном кабинете, однако с учетом установленных обстоятельств не разрешает вопрос о том, какое физическое лицо фактически управляло новым устройством и выражало посредством него волю.
В соответствии с частью 3.1 статьи 8 Федерального закона № 161-ФЗ оператор по переводу денежных средств до списания денежных средств обязан проверить наличие признаков осуществления перевода без добровольного согласия клиента.
Частью 3.4 указанной статьи предусмотрено, что при выявлении операции с использованием платежной карты либо сервиса быстрых платежей, соответствующей установленным Банком России признакам, оператор отказывает в совершении такой операции.
В силу части 3.5 статьи 8 Федерального закона № 161-ФЗ оператор в рамках собственной системы управления рисками определяет процедуры выявления таких операций на основе анализа характера, параметров и объема операций клиента.
При новом рассмотрении дела суд истребовал у АО «ТБанк» результаты конкретной антифрод-проверки спорных операций, сведения о причинах неприменения ограничительных либо дополнительных проверочных мер до совершения первых крупных операций, а также относящиеся к данному вопросу внутренние регламенты.
Вместе с тем ответчиком представлены преимущественно общие положения договорной документации и описание применяемого алгоритма.Индивидуальные показатели риска по спорной сессии, протоколы автоматизированной оценки и иные сведения, позволяющие проверить конкретные причины пропуска первоначальных операций при последующем срабатывании системы безопасности в рамках той же последовательности действий, в объеме, устраняющем возникшие противоречия, суду не представлены.
Довод АО «ТБанк» о добровольной передаче истцом третьим лицам номера карты, многоразового пароля и одноразовых кодов достоверными доказательствами не подтвержден.
Банк связывает такой вывод преимущественно с тем, что телефон и SIM-карта оставались у истца. Между тем Тлеужев А.Р. последовательно отрицал передачу соответствующих сведений посторонним лицам.
Материалами дела подтверждаются открытие незадолго до спорных событий файла «Фото 36.apk» и последующий доступ к банковским сервисам с нового устройства.
При первоначальном телефонном разговоре сотрудник самого ответчика сообщил Тлеужеву А.Р. о получении мошенниками доступа к телефону и банковскому приложению и пояснил, что кредит оформлен с использованием такого доступа.
Указанные пояснения не являются признанием иска, однако подлежат оценке наряду с другими доказательствами как первоначальная оценка произошедшего сотрудником банка непосредственно в день спорных событий.
По рекомендации сотрудника АО «ТБанк» истец впоследствии произвел сброс телефона до заводских настроек, вследствие чего исходные программные данные были удалены. В связи с этим невозможность их последующего исследования не может оцениваться исключительно в ущерб позиции истца.
Действия Тлеужева А.Р. при открытии файла «Фото 36.apk» не отвечали требуемой степени осмотрительности при использовании мобильного устройства.
Однако открытие указанного файла не было направлено на получение кредита, не выражало согласия на принятие обязательства в размере 286 000 руб. сроком на 36 месяцев под 38,5 процента годовых и не свидетельствовало о намерении произвести крупные платежи третьему лицу.
Недостаточная осторожность при использовании мобильного устройства и волеизъявление на заключение кредитного договора представляют собой юридически различные обстоятельства.
Ссылка ответчика на часть 15 статьи 9 Федерального закона № 161-ФЗ данного вывода не опровергает.
Названная норма регулирует вопрос о возмещении клиенту суммы операции, совершенной с использованием электронного средства платежа без его согласия, и предусматривает значение нарушения клиентом установленного порядка использования электронного средства платежа.
Предметом настоящего спора является наличие действительного волеизъявления истца на возникновение кредитного обязательства. Поэтому положения части 15 статьи 9 Федерального закона № 161-ФЗ не освобождают суд от установления того, кем фактически совершены действия, направленные на заключение кредитного договора.
Не может быть принят и довод о нарушении истцом части 11 статьи 9 Федерального закона № 161-ФЗ.
В соответствии с указанной нормой клиент обязан направить уведомление об использовании электронного средства платежа без его согласия незамедлительно после обнаружения соответствующего факта, но не позднее дня, следующего за днем получения уведомления об операции.
Доказательств того, что Тлеужев А.Р. в 08 часов 25 минут фактически ознакомился с сообщением о входе с нового устройства, обнаружил посторонний доступ и осознал происходящее до совершения спорных операций, материалы дела не содержат.
При первом установленном непосредственном контакте с сотрудником банка истец операцию не подтвердил и сообщил о подозрительном файле.
Постановлением следователя Следственного отдела Отдела МВД России по <адрес> Кабардино-Балкарской Республики Кипова И.А. от <дата> по сообщению, зарегистрированному в КУСП № от <дата>, возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного пунктом «г» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Из постановления следует, что неустановленное лицо посредством учетной записи супруги истца в мессенджере Telegram направило файл «Фото 36.apk», получило сведения о банковском счете Тлеужева А.Р., оформило от его имени кредит на сумму 286 000 руб., после чего совершены операции по хищению денежных средств.
Тлеужев А.Р. признан потерпевшим.
Впоследствии предварительное следствие приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.
Суд соглашается с доводом АО «ТБанк» о том, что указанные процессуальные решения не обладают преюдициальным значением для настоящего гражданского дела.
Вместе с тем отсутствие обвинительного приговора не исключает возможности установления обстоятельств обмана в гражданском судопроизводстве. Соответствующий подход следует из пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №.
Сведения уголовного дела согласуются с техническими журналами банка, последовательностью движения денежных средств, первоначальным обращением Тлеужева А.Р. и последующим поведением участников правоотношений.
Получателем спорных платежей являлся ИП Деревянный А.А.
Из имеющегося в материалах дела объяснения Деревянного А.А. следует, что статус индивидуального предпринимателя был зарегистрирован им по предложению знакомого по имени Денис, который фактически занимался хозяйственной деятельностью и распоряжался счетами.
Деревянный А.А. сообщил, что мобильные телефоны iPhone 16 Pro Max <дата> не приобретал и не продавал, с Тлеужевым А.Р. не знаком, происхождение двух платежей по 100 000 руб. ему неизвестно.
Договоры, заявки, заказы, кассовые чеки, товарные накладные, акты приема техники в ремонт, документы о передаче товара либо выполнении работ, подтверждающие какие-либо хозяйственные отношения между Тлеужевым А.Р. и ИП Деревянным А.А., суду не представлены.
Поэтому совпадение наименования торговой точки «Ремонт бытовой техники» с зарегистрированным видом предпринимательской деятельности получателя не подтверждает существование реальной сделки между ним и истцом.
Довод АО «ТБанк» о распространенности использования потребительских кредитов для приобретения товаров также не опровергает установленных обстоятельств.
Юридическое значение имеет соответствие конкретной последовательности операций обычной модели поведения данного клиента, а не распространенность определенного способа расходования кредитных денежных средств среди неопределенного круга заемщиков.
Не является основанием для отказа в иске и указание ответчика на возможность предъявления Тлеужевым А.Р. требования о взыскании неосновательного обогащения с получателя денежных средств.
Предметом настоящего дела является существование кредитного обязательства между Тлеужевым А.Р. и АО «ТБанк». Возможность использования истцом иных способов защиты в отношениях с получателем платежа не лишает его права оспаривать кредитный договор, стороной которого банк считает именно Тлеужева А.Р.
Доказательств сговора истца с получателем денежных средств, получения им товара, услуги либо иной имущественной выгоды от спорных платежей не представлено.
Оснований квалифицировать обращение Тлеужева А.Р. в суд как злоупотребление правом не имеется.
Ссылка АО «ТБанк» на Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №-КГ25-174-К2 правового значения для разрешения настоящего спора не имеет, поскольку указанное определение принято по спору о сделках с жилым помещением и не содержит правовой позиции относительно дистанционного заключения кредитного договора и идентификации клиента банка.
Вместе с тем в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №-КГ25-102-К2 обращено внимание на необходимость оценки действий банка как профессионального участника правоотношений с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при дистанционном заключении кредитного договора, в том числе с учетом нетипичного характера последующих операций.
Аналогично в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-О к обстоятельствам, требующим от кредитной организации повышенных мер предосторожности при дистанционном кредитовании, отнесено сочетание подачи заявки на кредит с незамедлительным распоряжением о перечислении кредитных денежных средств третьему лицу.
В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ стороны при установлении и исполнении обязательства обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга.
АО «ТБанк» как профессиональный участник финансового рынка располагало историей операций Тлеужева А.Р., информацией о ранее использовавшемся им устройстве, сведениями о параметрах текущей сессии и техническими средствами анализа риска, а также имело возможность непосредственно связаться с клиентом.
До оформления спорного кредита банку уже были известны вход с нового и нехарактерного для клиента устройства, изменение технических параметров подключения и практически немедленное оформление значительного кредитного обязательства.
В непосредственно последовавший за этим короткий период были совершены две операции по 100 000 руб. в пользу ранее неизвестного получателя, а затем предпринята операция на 205 000 руб., после которой банк установил непосредственную связь с клиентом.
При первом таком контакте Тлеужев А.Р. операцию не подтвердил.
Из совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу, что АО «ТБанк» подтвердило технически корректное использование части аутентификационных данных истца, однако не доказало, что заявление о предоставлении кредита, согласование индивидуальных условий и действие по активации кредитного договора исходили непосредственно от Тлеужева А.Р. и выражали его свободную и осознанную волю.
Напротив, новый характер устройства и подключения, последовательность операций, сведения уголовного дела, отсутствие какой-либо хозяйственной связи между истцом и получателем платежей, первоначальная реакция самого банка и последующее срабатывание его системы безопасности свидетельствуют о совершении действий в системе дистанционного банковского обслуживания посторонним лицом с использованием полученных им данных клиента.
При таких обстоятельствах примененный в конкретной спорной ситуации способ электронной идентификации не обеспечил достоверного определения физического лица, фактически выразившего волю, в смысле пункта 1 статьи 160 ГК РФ.
Одновременно совокупность информации, которой банк располагал в ходе спорной сессии, была достаточной для того, чтобы при требуемой от профессионального участника финансового рынка степени осмотрительности распознать признаки возможного мошеннического вмешательства и принять повышенные меры для непосредственного подтверждения личности и действительного волеизъявления клиента.
Фактическое срабатывание системы безопасности ответчика в отношении продолжения той же последовательности операций спустя непродолжительное время подтверждает, что соответствующие признаки имели объективный характер и поддавались выявлению применяемыми банком средствами контроля.
Таким образом, суд приходит к выводу, что спорные действия совершены в условиях обмана Тлеужева А.Р. третьим лицом, а АО «ТБанк», располагая совокупностью нетипичных технических и поведенческих признаков и являясь профессиональным участником соответствующих правоотношений, при надлежащей степени осмотрительности должно было распознать наличие такого обмана и принять дополнительные меры до завершения спорной последовательности действий.
Указанные обстоятельства образуют предусмотренные пунктом 2 статьи 179 ГК РФ основания для признания кредитного договора № от <дата> недействительным.
Обстоятельства операции на сумму 100 000 руб., совершенной с использованием кредитной карты в рамках договора №, учитываются судом исключительно как элемент общей последовательности событий <дата>
Требования о признании договора кредитной карты № недействительным, об отсутствии задолженности по нему либо о применении последствий операции по указанному договору Тлеужевым А.Р. не заявлены, поэтому в силу части 3 статьи 196 ГПК РФ данные вопросы настоящим решением не разрешаются.
Разрешая требование об исправлении кредитной истории, суд учитывает, что АО «ТБанк» подтвердило передачу сведений о кредитном договоре № в АО «Скоринг Бюро» и АО «Объединенное Кредитное Бюро», в том числе сведений о наличии просроченной задолженности.
В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от <дата> № 218-ФЗ «О кредитных историях» субъект кредитной истории вправе полностью или частично оспорить содержащуюся в его кредитной истории информацию, в том числе непосредственно у источника формирования кредитной истории.
В силу части 4.1 статьи 8 названного Федерального закона источник формирования кредитной истории обязан в течение десяти рабочих дней со дня получения соответствующего заявления подтвердить достоверность ранее переданных сведений либо исправить кредитную историю в оспариваемой части, направив в бюро кредитных историй достоверные сведения.
Поскольку кредитный договор № от <дата> признается недействительным, сведения о существовании у Тлеужева А.Р. действующего кредитного обязательства, задолженности и просроченной задолженности по указанному договору не соответствуют установленным судом обстоятельствам.
В связи с этим на АО «ТБанк» подлежит возложению обязанность направить корректирующие сведения во все бюро кредитных историй, которым ранее была передана информация о спорном кредитном договоре.
Разрешая заявление АО «ТБанк» о применении последствий недействительности сделки, суд исходит из следующего.
Содержащаяся в письменном отзыве просьба о взыскании с Тлеужева А.Р. денежных средств в порядке реституции не является встречным иском в смысле статей 137 и 138 ГПК РФ.
Самостоятельное встречное исковое заявление АО «ТБанк» не подавалось, вопрос о принятии встречного иска к совместному рассмотрению с первоначальным иском судом не разрешался.
Вместе с тем пунктом 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № разъяснено, что заявление о недействительности сделки и применении последствий ее недействительности может быть сделано в различной процессуальной форме, в том числе содержаться в возражениях ответчика против иска.
Поэтому изложенная в отзыве позиция АО «ТБанк» подлежит оценке не как самостоятельный встречный иск, а как заявление стороны сделки о применении предусмотренных законом последствий ее недействительности.
В силу пункта 4 статьи 179 ГК РФ при признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 указанной статьи, применяются последствия, установленные статьей 167 ГК РФ.
Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ каждая сторона обязана возвратить другой все полученное по недействительной сделке.
Между тем позиция АО «ТБанк» относительно предмета и размера реституции внутренне противоречива.
В мотивировочной части отзыва банк указал, что по договору предоставлено 286 000 руб., а в счет погашения задолженности поступило 127 200 руб., после чего указал на необходимость возврата 158 000 руб.
Указанный расчет не соответствует даже приведенным самим ответчиком исходным значениям, поскольку разница между 286 000 руб. и 127 200 руб. составляет 158 800 руб.
В просительной части отзыва и в дополнительных письменных объяснениях АО «ТБанк» просило взыскать с истца уже иную сумму - 127 200 руб.
Из представленной ответчиком выписки следует, что с сентября 2025 года по апрель 2026 года по договору № отражено восемь регулярных платежей по 15 900 руб., общей суммой 127 200 руб.
Следовательно, указанная сумма, взыскать которую в свою пользу просит АО «ТБанк», согласно его собственным доказательствам уже поступила банку в качестве платежей по спорному договору.
Одновременно в выписке отражены начисления процентов и платы за страхование.
Ответчиком не представлен расчет, позволяющий установить, какая часть фактически внесенных 127 200 руб. была зачтена в счет возврата основной суммы кредита, какая часть - в счет процентов, страхования и иных начислений, а также какой размер имущественного предоставления по недействительной сделке с учетом всех операций фактически остается невозвращенным.
Существенное значение имеет и то, что вскоре после зачисления спорного кредита со счета, на который поступили кредитные денежные средства, 100 000 руб. были перечислены третьему лицу в рамках установленной судом мошеннической последовательности.
В Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №-КГ25-102-К2 при рассмотрении спора о дистанционно оформленном кредите обращено внимание на необходимость разграничивать формальное зачисление кредитных денежных средств на счет и фактическое предоставление их заемщику в ситуации, когда практически одновременно средства перечисляются другому лицу в результате мошеннического воздействия.
При таких обстоятельствах одного факта отражения суммы кредита на банковском счете недостаточно для определения размера имущества, реально полученного конкретной стороной недействительной сделки, без исследования дальнейшего движения средств и фактической возможности распоряжения ими.
Представленные АО «ТБанк» доказательства не позволяют с необходимой достоверностью установить конкретный размер денежного предоставления, подлежащего возврату ответчику в порядке статьи 167 ГК РФ.
Определение такого размера потребовало бы от суда самостоятельного формирования вместо ответчика нового расчета, выбора сумм и порядка их зачета, не основанных на четко сформулированной и доказанной позиции стороны.
Бремя доказывания размера денежной суммы, о взыскании которой заявлено в качестве последствия недействительности сделки, лежит на АО «ТБанк».
При указанных обстоятельствах заявление ответчика о применении последствий недействительности кредитного договора в сформулированном им виде, путем взыскания с Тлеужева А.Р. 127 200 руб., удовлетворению не подлежит.
Данный вывод не означает неприменимости статьи 167 ГК РФ к спорным правоотношениям и обусловлен недоказанностью конкретного размера заявленного ответчиком денежного требования, а также существенными противоречиями в представленном им расчете.
Требований о взыскании с АО «ТБанк» внесенных Тлеужевым А.Р. по спорному договору денежных средств истцом не заявлено, поэтому в силу части 3 статьи 196 ГПК РФ вопрос о возврате указанных платежей в его пользу настоящим решением не разрешается.
В соответствии со статьей 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, присуждается возмещение понесенных по делу судебных расходов.
При обращении в суд Тлеужевым А.Р. уплачена государственная пошлина в размере 3 000 руб., что подтверждается имеющимся в материалах дела платежным документом.
Поскольку заявленные истцом требования удовлетворяются, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования Тлеужева А. Р. к Акционерному обществу «ТБанк» о признании кредитного договора недействительным, возложении обязанности по направлению в бюро кредитных историй корректирующих сведений, взыскании судебных расходов удовлетворить.
Признать недействительным кредитный договор № от <дата>, оформленный между Акционерным обществом «ТБанк» и Тлеужевым А. Р..
Обязать Акционерное общество «ТБанк», <данные изъяты>, в течение десяти рабочих дней со дня вступления настоящего решения суда в законную силу направить в Акционерное общество «Скоринг Бюро», Акционерное общество «Объединенное Кредитное Бюро», а также во все иные бюро кредитных историй, которым ранее передавались сведения о кредитном договоре № от <дата>, корректирующие сведения, необходимые для исправления кредитной истории Тлеужева А. Р. в части информации о возникновении и неисполнении обязательств по указанному договору, включая сведения об отсутствии задолженности и просроченной задолженности по нему.
В удовлетворении заявления Акционерного общества «ТБанк» о применении последствий недействительности кредитного договора № от <дата> путем взыскания с Тлеужева А. Р. в пользу Акционерного общества «ТБанк» денежных средств в размере 127 200 руб. отказать.
Взыскать с Акционерного общества «ТБанк», <данные изъяты>, в пользу Тлеужева А. Р., <дата> года рождения, паспорт серии № №, выдан <дата> Отделением Управления Федеральной миграционной службы России по Кабардино-Балкарской Республике в <адрес>, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики через Терский районный суд Кабардино-Балкарской Республики в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено <дата>
Судья Х.Х. Даов