Решение
Именем Российской Федерации
04 августа 2026 года г.Сыктывкар
Сыктывкарский городской суд Республики Коми в составе судьи Губаевой Д.Ф., при секретаре судебного заседания Мусановой Д.А., с участием:
истца Куликовой О.А., ответчика Плеханова И.В. и его представителя Горелкина А.Р., третьего лица Плехановой С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску Куликовой Ольги Авенировны к Плеханову Ивану Васильевичу о признании установки видеокамер незаконным, возложении обязанности демонтировать видеокамеры, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Куликова О.А. обратилась в суд с исковым заявлением к Плеханову И.В. о признании установки видеокамер по адресу: ... незаконным, возложении обязанности демонтировать камеры видеонаблюдения в количестве 5 штук, взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 рублей.
В обоснование иска указано, что истец является собственником жилого дома и земельного участка по адресу: .... Ответчик проживает по адресу: .... Летом 2024 года ответчик установил 5 видеокамер (три камеры на жилом доме, одна камеру на гараже и одну камеру на столбе у забора). Указанные видеокамеры направлены на земельный участок истца, вызывая у истца чувство дискомфорта, напряженности и ощущения слежки, в связи с чем истцу причиняются нравственные страдания. Просьба истца к ответчику о переустановке видеокамер оставлена последним без удовлетворения.
В судебном заседании истец на требованиях настаивала. На вопросы суда, какими именно действиями причинён моральный вред, пояснила, что видеосъёмкой и предоставлением записей в различные органы. Под распространением и публичным просмотром истец понимает использование видеозаписей при разбирательствах в правоохранительных органах и судах.
Ответчик и его представитель на удовлетворение иска возражали. Не оспаривая факт установки спорных видеокамер, пояснили, что необходимость их установки вызвана наличием конфликтов с истцом. Ответчик пояснил, что намерение фиксировать частную жизнь истца и распространять о ней сведения он не имеет, видеокамеры направлены на его земельный участок. При этом, со стороны истца имели место оскорбления членов семьи ответчика, гости истца неоднократно перелезали через забор на участок ответчика. В целях фиксации противоправных действий истца ответчик развернул камеры на участок истца в момент прихода специалиста Росреестра. Видеосъёмка с камер ответчика осуществлялась исключительно в целях охраны правопорядка из-за постоянных конфликтов с истцом.
Третье лицо Плеханова С.А. считала требования истца не обоснованными, пояснила, что видеокамеры установлены исключительно в целях безопасности их семьи и имущества.
Заслушав явившихся, исследовав письменные материалы дела, материалы дела об административном правонарушении мирового судьи Краснозатонского судебного участка города Сыктывкара Республики Коми №..., суд приходит к следующему.
Судом по делу установлено и подтверждено материалам дела, что жилой дом и земельный участок по адресу: ... с ** ** ** принадлежат на праве собственности Куликовой О.А.
Смежное домовладение по адресу: ..., с ** ** ** принадлежит на праве общей долевой собственности ответчику Плеханову И.В, третьему лицу Плехановой С.А. и несовершеннолетней ФИО1 ** ** ** года рождения.
На основании статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом (статья 129), осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц (часть 3).
Установка камер видеонаблюдения представляет собой реализацию собственником своих полномочий владения и пользования имуществом.
В то же время статьей 304 ГК РФ предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Предъявляя исковые требования, истец указала на предполагаемое возможное нарушение своих прав.
Возражая против исковых требований, ответчик ссылался на то, что видеокамеры установлены в целях обеспечения личной безопасности его семьи и сохранности личного имущества.
В ходе рассмотрения дела установлено, что земельный участок, где установлены спорные видеокамеры, принадлежит на праве общей долевой собственности ответчику и третьему лицу, объективы видеокамер на момент рассмотрения дела направлены на земельный участок ответчика и частично на придомовую часть ..., находящуюся в пользовании неограниченного круга лиц. Видеонаблюдение ведется не скрытое, факт видеосъемки не скрывается.
Согласно пояснениям стороны ответчика, спорные камеры имеют возможность по изменению угла обзора, направлялись в сторону земельного участка истца в случаях, необходимых для фиксации противоправных действий истца.
Так, постановлением мирового судьи Краснозатонского судебного участка города Сыктывкара Республики Коми по делу об административном правонарушении №... от ** ** ** Куликова О.А. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 5.61 КоАП РФ, по факту оскорбления ею ** ** ** Плехановой С.А. Факт высказывания Куликовой О.А. в адрес Плехановой С.А. оскорблений был подтвержден, в том числе, видеозаписью с камеры, установленной на земельном участке ответчика и обращенной на момент проведения записи в сторону земельного участка истца.
Заочным решением Сыктывкарского городского суда Республики Коми от ** ** ** по делу №..., вступившим в законную силу ** ** **, удовлетворен иск Плеханова И.В. к Куликовой О.А, последней запрещено содержать сельскохозяйственных животных в виде домашней птицы на земельном участке с кадастровым номером №..., расположенном по адресу: ....
В указанном решении суда отражен факт выезда специалиста Управления Росреестра по Республике Коми ** ** ** для обследования земельного участка истца на предмет соблюдения земельного законодательства.
Таким образом, довод стороны ответчика о том, что видеокамеры были направлены в сторону земельного участка истца для фиксации противоправных действий истца (** ** **) суд признает установленным.
При этом истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что ответчик, установив видеокамеры, осуществляет сбор информации, вторгаясь в её личную жизнь.
При таких обстоятельствах действия ответчика по установке камер видеонаблюдения на принадлежащем ему земельном участке и строениях закону не противоречат и прав истца не нарушают.
Из представленных видеозаписей и пояснений истца следует, что видеокамеры, установленные на земельном участке ответчика, охватывают обзором часть её земельного участка. Тем самым возможно получение информации о личной жизни истца с помощью данных видеокамер.
Демонтаж видеокамер, безусловно, устранит угрозу получения данной информации, однако также и нарушит право ответчика на пользование его имуществом. По убеждению суда, выбранный способ защиты права в виде возложения обязанности демонтировать спорные видеокамеры не соответствует балансу интересов сторон. Угроза нарушения неприкосновенности частной жизни может быть устранена иным способом, например запретом на съёмку части земельного участка, принадлежащего истцу, или возложением обязанности изменить угол обзора камер.
С учётом положений статей 9 и 10 ГК РФ о пределах осуществления гражданских прав суд приходит к выводу о чрезмерности избранного Куликовой О.А. способа защиты права и, с учётом наличия конфликтов между сторонами, возможности злоупотребления правом со стороны истца при выборе способа защиты.
О другом способе защиты права истец не заявляла и при рассмотрении дела настаивала на демонтаже видеокамер, в том числе ссылаясь на то, что записи используются в качестве доказательств по спорам между сторонами.
В связи с чем в силу пункта 2 статьи 10 ГК РФ суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о применении такого способа защиты права как демонтаж камер видеонаблюдения.
Разрешая требование истца о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
По существу истец указывает на нарушение своего права на охрану частной жизни.
Одним из способов защиты данного права в соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 №3 является взыскание компенсации морального вреда, причинённого распространением информации о частной жизни (статьи 150, 151 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 152.2 ГК РФ, если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни (абзац 1).
Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле (абзац 2).
К сбору и обработке фото- и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.2006 №152-ФЗ «О персональных данных» (далее - Федеральный закон №152-ФЗ), предусматривающий следующее: персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (пункт 1 статьи 3), что включает фото- и видеоизображение человека.
Согласно статье 2 Федерального закона №152-ФЗ его целью является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.
Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (пункт 1 части 1 статьи 6), в связи с чем получение фото- и видеоизображений людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме (часть 4 статьи 9) субъекта персональных данных (статья 11 Федерального закона № 152-ФЗ).
В силу положений пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен допускается только с согласия этого гражданина.
Такого согласия не требуется в случаях, когда:
- использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах;
- изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования;
- гражданин позировал за плату (пункт 1 статьи 152.1 ГК РФ).
Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №1253-О, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера; в понятие «частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит непротивоправный характер.
Суду не представлено доказательств незаконного собирания или распространения ответчиком сведений о частной жизни истца, составляющих её личную или семейную тайну, без её согласия, то есть видеозаписи с камер не передаются иным лицам и не размещаются для их публичного просмотра. Также в действиях Плеханова И.В. не установлено признаков какого-либо нарушения, из его объяснений следует, что видеокамеры установлены для безопасности и направлены на его участок без цели слежки за соседкой Куликовой О.А.
Доказательств иного использования ответчиком информации и изображений, полученных с установленных им видеокамер, истцом не доказано, а судом не получено.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3, статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.
Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.
Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ).
Изложенное свидетельствует, что использование изображения гражданина и информации о его частной жизни при реализации права на защиту охраняемого законом интереса или права по существу подпадают под квалификацию использования в ином публичном интересе. Публичный интерес в данном случае заключается в обеспечении правомерных ожиданий защиты права в судебном и ином установленном государством порядке.
В таком случае защита изображения гражданина и информации о его частной жизни может быть ограничена.
При рассмотрении дела установлено, что между истцом и ответчиком сложились конфликтные отношения. Часть данных конфликтов разрешена в рамках процедур, предусмотренных нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. При рассмотрении соответствующих дел в качестве доказательств использовались видеозаписи со спорных камер видеонаблюдения с изображением истца и информацией о её частной жизни.
Изложенное свидетельствует о том, что использование изображения и информации о частной жизни истца осуществляется в рамках правомерных действий ответчика по реализации своего права на защиту. Доказательств и признаков злоупотребления данным правом при рассмотрении дела получено не было.
Ссылки Куликовой О.А. на ухудшение состояния здоровья в результате действий ответчика какими-либо доказательствами не подтверждены. Причинно-следственной связи между ними не усматривается.
С учётом изложенного основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствует и в удовлетворении соответствующего требования истца необходимо отказать.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Куликовой Ольги Авенировны (...) к Плеханову Ивану Васильевичу (...) о признании установки видеокамер по адресу: ... незаконным, возложении обязанности об их демонтаже, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд Республики Коми в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме.
Судья Д.Ф.Губаева
Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 24.08.2026