ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
12 октября 2026 года город Уфа
Октябрьский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Проскуряковой Ю.В., при секретаре судебного заседания Захаропуло К.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Наушербанова Ахмета Мухаметовича к обществу с ограниченной ответственностью «Капстрой» о компенсации морального вреда, установил:
Наушербанов А.М. обратился в суд с иском к ООО «Капстрой» о компенсации морального вреда.
В обоснование требований указано, что с 16.12.2023 по 24.12.2025 истец осуществлял трудовую деятельность в ООО «Капстрой» в должности монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкций 4 разряда. Работа выполнялась вахтовым методом на территории Амурской области в Маломырском руднике.
14.05.2024г во время выполнения трудовых обязанностей на территории работодателя произошел несчастный случай: истец перекладывал с помощью крана материал и при строповке груза наступил на двутавр, который перевернулся и ударил истцу по лодыжке левой голени. Об указанном случае истец сообщил мастеру участка, так как истцу было уже тяжело продолжать рабочую смену. На следующий день из-за сильнейших болей в ноге после удара, истца транспортировали в ЧУЗ «РЖД-медицина» <адрес>, в структурное подразделение на <адрес>. В больнице установлен диагноз: закрытый перелом внутренней лодыжки левой голени со смещением отломков по длине до 2-3 мм. В анамнезе осмотра хирурга ЧУЗ «РЖД-Медицина» <адрес> ФИО4 от 15.05.2024г указано, что полученная истцом травма является производственной.
В конце мая 2024 года истец был доставлен в <адрес> по месту жительства и встал на учет в ГБУЗ РБ «Поликлиника №» <адрес>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец являлся полностью нетрудоспособным.
Ответчик не обеспечил ознакомление истца с актом о расследовании несчастного случая на производстве.
27.01.2025г истец направил в адрес ответчика обращение с просьбой предоставить документы, связанные с трудовой деятельностью, а также документы о расследовании произошедшего с ним 14.05.2024г несчастного случая на производстве, в ответ на которое ответчик выслал истцу лишь трудовую книжку.
Просил признать травму, полученную ФИО1 14.04.2024г при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Капстрой» производственной травмой; взыскать с ООО «Капстрой» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 91 490,39 рублей.
Уточнив требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец указал, что в связи с предоставлением ответчиком доказательств, что травма полученная истцом ДД.ММ.ГГГГ является производственной, отказывается от исковых требований в части требований признания травмы, полученной ДД.ММ.ГГГГ производственной. Отказ истца от части иска принят судом, производство по делу в данной части прекращено.
Кроме того, на основании расчетных листов, представленных работодателем, истец уточнил размер утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 89 062, 6 рублей.
Истец был вынужден обратится за юридической помощью, заключил соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ с адвокатом ФИО7, оплатил размер вознаграждения в сумме 60 000 рублей, а также понес судебные расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 31 095 руб.
Учитывая изложенное, просит суд взыскать с ООО «Капстрой» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 89 062, 6 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 31 095 рублей, юридические расходы в размере 60 000 рублей.
Не согласившись с требованиями истца, ответчиком представлено письменное возражение относительно удовлетворения исковых требований. Просят в удовлетворении исковых требований отказать, указывая, что истец принят на работу ДД.ММ.ГГГГ на должность монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкций 4 разряда на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного на период производства работ до ДД.ММ.ГГГГ. Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор преобразован в договор на неопределенный срок. ДД.ММ.ГГГГ Истец уволен по собственному желанию (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, приказ №/лс).
ДД.ММ.ГГГГ в адрес Общества поступило заявление от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении документов, связанных с работой. Ответчиком ДД.ММ.ГГГГ направлен мотивированный отказ (исх. №), полученный истцом ДД.ММ.ГГГГ (почтовый идентификатор 67597217017099), поскольку подпись в заявлении не принадлежала истцу, указан адрес, отличный от указанного в личной карточке (форма Т-2), а адрес электронной почты с доменом @isyanamanova.lawyer свидетельствовал о принадлежности третьему лицу, осуществляющему профессиональную юридическую деятельность.
Ответчик указывает, что отказ являлся правомерным с учетом требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 152-ФЗ «О персональных данных» и п. ДД.ММ.ГГГГ трудового договора, обязывающего работника уведомлять об изменении персональных данных. До момента подачи искового заявления (ДД.ММ.ГГГГ) Истец не предпринял действий по устранению выявленных недостатков заявления и повторно не обращался.
По обстоятельствам несчастного случая, указал, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. бригаде монтажников по монтажу стальных и железобетонных конструкций в составе ФИО1 и ФИО5 был выдан наряд- задание от мастера СМР ФИО6 на изготовление металлоконструкций. В 08 час. 30 мин., придя на площадку хранения металлопроката, ФИО1 и ФИО5 приступили к работе по сортировке металлических двутавровых швеллеров с помощью полноповоротного самоходного крана на раздвижном гусеничном ходу МКГ-25БР. В процессе работы ФИО1 необходимо было освободить строп из-под лежащего на площадке металлического швеллера. ФИО5 находился на противоположной стороне площадки. Для выполнения задачи ФИО1 встал на другой швеллер и начал тянуть строп в сторону. В этот момент произошло опрокидывание другого швеллера, установленного при складировании на полку, вследствие чего произошел удар швеллера о левую ногу ФИО1 Увидев падение швеллера, ФИО5 подбежал к пострадавшему и поинтересовался его самочувствием. ФИО1 ответил, что боль в ноге незначительная и продолжил работу. На следующий день пострадавший не смог встать на травмированную ногу из-за болевых ощущений, о чем поставил в известность мастера СМР ФИО6 ФИО1 самостоятельно обратился в медпункт ООО «Маломырский рудник», где была оказана медицинская помощь. Пострадавший был доставлен в ЧУЗ «РЖД- Медицина» <адрес>» для дальнейшего лечения. Обстоятельства несчастного случая установлены объективными данными, в том числе пояснениями мастера СМР ФИО6, монтажника ФИО5, потерпевшего ФИО1 A.М. Согласно медицинскому заключению по форме 315/у от 16.05.2024г., выданного ЧУЗ «РЖД- Медицина» <адрес>» ФИО1 диагностирован закрытый перелом наружной лодыжки левой голени без смещения отломков, что согласно Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве относится к категории лёгких.
В связи с тем, что несчастный случай не относился к групповому, тяжелому либо со смертельным исходом, извещение в уполномоченные органы в порядке ст. 228.1 ТК РФ не направлялось; расследование проведено работодателем в порядке ст. 229-229.2 ТК РФ комиссией, созданной приказами №/ОД и №/ОД от ДД.ММ.ГГГГ, с соблюдением сроков, установленных ст. 229.1 ТК РФ. По результатам расследования составлен Акт по форме Н-1 № от ДД.ММ.ГГГГ, издан приказ №/ОД от ДД.ММ.ГГГГ.
Ответчиком в результате расследования несчастного случая в отношении истца установлено: проведение вводного (ДД.ММ.ГГГГ), первичного (ДД.ММ.ГГГГ), повторного (ДД.ММ.ГГГГ) и целевого инструктажей в рамках наряд-допуска №; проверка знаний требований охраны труда (ДД.ММ.ГГГГ); ознакомление с Инструкцией ИОТ-П № и результатами оценки профессиональных рисков; прохождение стажировки (23-ДД.ММ.ГГГГ); обеспечение СИЗ, спецодеждой и спецобувью (ведомости №KS-001994 от ДД.ММ.ГГГГ, №KS-000163 от ДД.ММ.ГГГГ); отсутствие признаков опьянения и медицинских противопоказаний к работе; проведение специальной оценки условий труда (карта №А от ДД.ММ.ГГГГ).
По результатам расследования виновными в нарушении требований охраны труда признаны мастер СМР ФИО6 и истец. На основании п. 2.6.2 Положения о премировании работников ООО «Капстрой» приказом №/Э от ДД.ММ.ГГГГ истцу не начислена премия по итогам мая 2024 года.
ОСФР по <адрес> письмом от ДД.ММ.ГГГГ (исх. № МБ-28-11/12058) уведомил о признании несчастного случая страховым с дальнейшим назначением страхового обеспечения.
Ответчик указывает, что право на компенсацию морального вреда по смыслу ст. 237 ТК РФ, п. 1 и 2 ст. 1064, ст. 1100 ГК РФ, разъяснений п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № и п. 46 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № обусловлено совокупностью условий: наличие физических или нравственных страданий, неправомерное действие (бездействие) причинителя вреда, причинная связь и вина причинителя вреда. Бремя доказывания исполнения обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия вины возложено на работодателя.
Ответчик полагает, что им исполнены обязанности, предусмотренные ст. 214 ТК РФ, по созданию безопасных условий труда, проведению обучения, инструктажей, стажировки, обеспечению СИЗ и оценке профессиональных рисков. Травмирование истца произошло вследствие его собственных виновных действий - нарушения инструкций по охране труда, за что был привлечен к материальной ответственности (приказ о неначислении и невыплате премии за май 2024).
В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ грубая неосторожность потерпевшего, содействовавшая возникновению или увеличению вреда, влечет уменьшение размера возмещения, а при отсутствии вины причинителя вреда - возможность отказа в возмещении. Прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) работодателя и полученной истцом травмой отсутствует; вина работодателя в необеспечении безопасных условий труда не доказана. Вина мастера СМР ФИО6, установленная Актом №, носит формальный характер и сводится к необеспечению текущего контроля за ходом выполнения работ, что подтверждается характером запланированных мероприятий по устранению причин несчастного случая (внеплановый инструктаж, внеплановая проверка знаний).
При таких обстоятельствах совокупность условий деликтной ответственности работодателя не установлена, и требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.
По требованию о взыскании утраченного заработка за период временной нетрудоспособности, ответчик выражает несогласие, указывая, что данное требование является производным от требования о компенсации морального вреда и также не подлежит удовлетворению по тем же основаниям.
Кроме того, в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 255-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности выплачивается за первые три дня за счет средств страхователя, а начиная с 4-го дня - за счет средств бюджета Фонда пенсионного и социального страхования РФ. В произведенном истцом расчете утраченного заработка не учтена сумма 7 283,37 руб., выплаченная ему за первые три дня нетрудоспособности (код дохода 2300, расчетный листок за май 2024 года), которая подлежит исключению из заявленной суммы.
Представитель истца ФИО7 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить иск.
Поддержала доводы письменного отзыва на возражение ответчика, указывая, что ответчик фактически не оспаривает производственный характер травмы, факт выполнения истцом трудового задания, а также выводы комиссии, зафиксированные в Акте по форме Н-1 № от ДД.ММ.ГГГГ и приказе №/ОД. В них прямо указана причина происшествия: неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение производственного контроля за безопасными условиями труда со стороны мастера СМР ФИО6 Попытки ответчика придать данному нарушению формальный характер противоречат материалам расследования и сути возложенных на мастера обязанностей.
Также указала, что обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда не исчерпывается формальным проведением инструктажей, стажировок и выдачей средств индивидуальной защиты. В силу ст. 214 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность технологических процессов, соответствие рабочих мест требованиям охраны труда и организовать реальный контроль за соблюдением этих требований. Ссылки ответчика на невозможность постоянного наблюдения за каждым работником не освобождают его от обязанности организовать работу безопасно. В соответствии со ст. 1068 ГК РФ и п. 46 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, вред, причиненный работником при исполнении трудовых обязанностей, возмещается работодателем. Недостатки в организации и контроле работ со стороны мастера СМР напрямую относятся к сфере ответственности ООО «Капстрой», бремя доказывания отсутствия вины в необеспечении безопасности лежит на работодателе.
Представитель истца подчеркнул, что работы с использованием самоходного крана (МКГ-25БР) и перемещением тяжелых металлоконструкций (швеллеров) относятся к деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих (ст. 1079 ГК РФ). Согласно п. 18 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, источником повышенной опасности признается не только сам механизм, но и деятельность по хранению и перемещению объектов, обладающих такими свойствами. Поскольку травмирование произошло в зоне выполнения работ с указанными объектами, в силу абз. 2 ст. 1100 ГК РФ и п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, компенсация морального вреда за повреждение здоровья источником повышенной опасности подлежит взысканию с его владельца независимо от вины последнего.
Возражая против применения п. 2 ст. 1083 ГК РФ, стороной истца указано, что для снижения размера возмещения требуется доказанность именно грубой неосторожности потерпевшего и ее прямой причинной связи с возникновением вреда (п. 17 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №). Материалами расследования установлена лишь «неосторожность, невнимательность, поспешность», при этом степень вины истца в процентах не определялась, а мнение представительного органа работников не запрашивалось, что не позволяет сделать вывод о наличии грубой неосторожности. Довод ответчика о том, что истец привлечен к материальной ответственности путем неначисления премии за май 2024 года, несостоятелен. Внутренний приказ работодателя не обладает преюдициальной силой и не является доказательством гражданско-правовой вины истца. Институт материальной ответственности работника (ст. 238 ТК РФ) регулирует возмещение прямого действительного ущерба работодателю и не может подменять собой оценку вины потерпевшего в деликтных обязательствах. Необжалование приказа о депремировании не означает согласия истца с возложением на него вины за причинение вреда собственному здоровью. На основании изложенного, просят исковые требования удовлетворить в полном объеме.
Истец, представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил, ходатайств, отводов в письменном виде не направил.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ГТИ по <адрес> относительно предмета спора, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
В силу ч. 1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.
На основании ст. 233 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае неявки в судебное заседание ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания, не сообщившего об уважительных причинах неявки и не просившего о рассмотрении дела в его отсутствие, дело может быть рассмотрено в порядке заочного производства.
Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» при неявке в суд лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, вопрос о возможности судебного разбирательства дела решается с учетом требований ст. 167 и 233 ГПК РФ. Невыполнение лицами, участвующими в деле, обязанности известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин дает суду право рассмотреть дело в их отсутствие.
Учитывая, что представитель ответчика в судебное заседание не явился, не сообщил об уважительных причинах неявки, не просил об отложении рассмотрения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие в порядке заочного производства.
Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав мнение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования, взыскав компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей, приходит к следующему.
В соответствии с ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации, ст.12, ст.56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 был принят на работу в ООО «Капстрой» ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления, трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ и приказа о приеме работника на работу по предприятию №/лс от 18.12.2023г.
Согласно п. 1.2. ФИО1 принят на работу в структурное подразделение: Механико-монтажный участок, Рабочие, Маломырский участок по специальности (должности, профессии) Монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций, 4 разряд, согласно должностной инструкции и/или квалификационным требованиям.
Местом работы является- 675000, <адрес>, участок Маломырский (п.1.3).
Трудовой договор заключается на определенный срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п.2.2).
Согласно п. 4.1 работник выполняет свои обязанности вахтовым методом работы с выплатой вахтовой надбавки, в соответствии с Положением о вахтовом методе организации работ работников ООО «Капстрой», за фактическое пребывание на вахте.
Работнику устанавливается 11-часовой рабочий день, согласно Положению о вахтовом методе организации работ (п.4.2).
В соответствии с п. 5.1 трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных настоящим трудовым договором, Работнику устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда по тарифу согласно табеля (по часам).
a. Часовая тарифная ставка в размере 155 руб. 84 коп.;
б. Основные компенсационные выплаты, доплаты и надбавки:
- надбавка за стаж работы в районах Крайнего Севера или приравненных к ним местностях в размере 50 %, определяемая в соответствии с законодательством РФ ;
- вахтовая надбавка за каждый день нахождения на вахте, в соответствии с Положением о вахтовом методе организации работ;
- доплата за вредные условия труда в размере 4 %;
- районный коэффициент к заработной плате 40 %;
в. премия, в соответствии с Положениями о премировании, действующими у Работодателя и распространяющими свое действие на Работника;
г. иные выплаты, предусмотренные действующими локальными нормативными актами работодателя и распространяющими свое действие на работника.
ДД.ММ.ГГГГ теми же сторонами было заключено Дополнительное соглашение к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям п. I которого с согласия сторон трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ считается заключенным на неопределенный срок. Все остальные положения трудового договора остаются без изменений, вступают в действие с ДД.ММ.ГГГГ (пп./II-III).
На основании заявления работника ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении по собственному желанию, работодателем ООО «Капстрой» издан приказ (распоряжение) №/лс от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Бухгалтерии выдано распоряжение произвести расчет компенсации за неиспользованный отпуск за проработанное время с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в количестве 19 календарных дней.
Как следует от представленных ответчиком документов, вводный инструктаж на рабочем месте проведён с ФИО1 16.12.2023г., согласно журналу регистрации вводного инструктажа;
- первичный инструктаж на рабочем месте проведён с ФИО1 16.12.2023г., что установлено из журнала регистрации инструктажа на рабочем месте;
-повторный инструктаж на рабочем месте проведён с ФИО1 12.05.2024г., согласно журналу регистрации инструктажа на рабочем месте;
- ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прошёл проверку знаний требований охраны труда, что подтверждено протоколом № заседания комиссии по проверке знаний требований охраны труда работников, проведенной ЧОУ ДПО «АЦПП»;
- ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ознакомлен с Инструкцией по охране труда для монтажников стальных и железобетонных конструкций ИОТ-П № под роспись
- 16.12.2023г. ФИО1 ознакомлен с результатами оценки профессиональных рисков на рабочем месте по должности «монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций, 4 разряда»;
- в период с 23.12.2023г. по 27.12.2023г. на основании распоряжения № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил стажировку, допущен к самостоятельной работе.
- целевой инструктаж к наряд-допуску на работы повышенной опасности № выданный на период с 12.05.2024г. по 26.05.2024г. проведён с ФИО1 в составе бригады; запись о выдаче наряд-задания № от 14.05.2024г. внесена в Журнал выдачи наряд- задания, распоряжений механо-монтажного и строительного участков
- ФИО1 был обеспечен средствами индивидуальной защиты, спецодеждой и спецобувью в соответствии с нормами, что подтверждается его подписями в Ведомостях №KS- 001994 от 19.12.2023г., №KS-000163 от 08.03.2024г.
- на момент несчастного случая у ФИО1 признаки алкогольного или наркотического опьянения отсутствовали.
- на момент приёма на работу ФИО1 не имел медицинских противопоказаний к работе с вредными и/или опасными веществами и производственными факторами, что подтверждается соответствующими медицинскими заключениями от 07.12.2023г.
Обществом проведена специальная оценка условий труда (аттестация рабочего места) 24.12.2018г., согласно карте №А в отношении должности: Монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций 4 разряда, Маломырский участок/Механо-монтажный участок/Рабочие. Строкой 022 в качестве используемого оборудования указано: Арматурный пистолет, ручной инструмент. Изготовляемый материал: металл, арматура, проволока, бетон, изолирующие материалы. Эффективность средств индивидуальной защиты по факторам производственной среды и трудового процесса не оценивались.
Инициируя обращение в суд с настоящим исковым заявлением, истец ссылается на то, что ответчик не обеспечил безопасность и условия труда при выполнении истцом трудовой функции, в результате чего он получил травму, ему были причинены моральные страдания, а временная нетрудоспособность повлекли невозможность получения заработка в полном объеме.
Так, Актом № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве по форме Н-1 установлены обстоятельства произошедшего.
Согласно п. 9 Акта - ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. бригаде монтажников по монтажу стальных и железобетонных конструкций в составе ФИО1 и ФИО5 было выдано наряд- задание от мастера СМР ФИО6 на изготовление металлоконструкций. В 08 час. 30 мин., придя на площадку хранения металлопроката, ФИО1 и ФИО5 приступили к работе по сортировке металлических двутавровых швеллеров с помощью полноповоротного самоходного крана на раздвижном гусеничном ходу МКГ-25БР. В процессе работы ФИО1 необходимо было освободить строп из-под лежащего на площадке металлического швеллера. ФИО5 находился на противоположной стороне площадки. Для выполнения задачи ФИО1 встал на другой швеллер и начал тянуть строп в сторону. В этот момент произошло опрокидывание другого швеллера, установленного при складировании на полку, вследствие чего произошел удар швеллера о левую ногу ФИО1 Увидев падение швеллера, ФИО5 подбежал к пострадавшему и поинтересовался его самочувствием. ФИО1 ответил, что боль в ноге незначительная и продолжил работу. На следующий день пострадавший не смог встать на травмированную ногу из-за болевых ощущений, о чем поставил в известность мастера СМР ФИО6 ФИО1 самостоятельно обратился в медпункт ООО «Маломырский рудник», где была оказана медицинская помощь. Пострадавший был доставлен в Чуз «РЖД- Медицина» <адрес>» для дальнейшего лечения.
Согласно п. 9.2 - вред здоровью причинен легкий. Основанием послужило медицинское заключение от ДД.ММ.ГГГГ ЧУЗ «РЖД-Медицина» <адрес>.
В соответствии с п. 10 основной причиной несчастного случая послужила неудовлетворительная организация производства работ, в качестве сопутствующей указана: необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. (<адрес> работы порядка выполнения погрузочно- разгрузочных работ Технологической карты на погрузо-разгрузочные работы ТК-005-2022; п. ДД.ММ.ГГГГ Инструкции по охране труда для стропальщика ИОТ-П №).
Прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев в том числе: неосторожность, невнимательность, поспешность. (<адрес> работы порядка выполнения погрузочно-разгрузочных работ Технологической карты на погрузо-разгрузочные работы ТК-005-2022; п. ДД.ММ.ГГГГ Инструкции по охране труда для стропальщика ИОТ-П №; п. п. 9, 45 Инструкции по охране труда для монтажника стальных и железобетонных конструкций ИОТ-П №).
В качестве лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, указаны: мастер СМР ФИО6, монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций 4 разряда ФИО1 (<адрес> работы порядка выполнения погрузочно-разгрузочных работ их ответственность за нарушения, явившиеся причинами несчастного случая, указанными в пункте 10 настоящего акта; Технологической карты на погрузо-разгрузочные работы ТК-005-2022, п. ДД.ММ.ГГГГ Инструкции по охране труда для стропальщика ИОТ-П №; п. п. 9, 45 Инструкции по охране труда для монтажника стальных и железобетонных конструкций ИОТ-П №).
Монтажник ФИО1 A.М. представил управляющему директору Общества письменное объяснение, согласно которому, он находясь на площадке изготовления примерно в 8.30 утра. При перекладывании металлоконструкций с одного места на другое двутавр соскользнул и упал на ногу. Боль была терпимая и он продолжил работать. Отработал всю смену. 15 мая утром нога опухла и невозможно было на неё наступить. Позвонил мастеру, сообщил о происшествии.
Монтажник ФИО8 также представил управляющему директору Общества письменное объяснение, согласно которому он работает вместе с ФИО1, а именно занимались перекладкой швеллеров с места на место. ФИО2 побежал в противоположную сторону, где они находись и двутавр лежащий на металлическому уголке соскользнул ему на ногу. Он подбежал к нему спросить о его самочувствии, тот сказал, что нога чуть-чуть побаливает и продолжили работать дальше.
Мастер СМР ФИО6 представил управляющему директору Общества письменное объяснение, согласно которому утром ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было выдан наряд-заказ на изготовление металлоконструкций. На утро следующего дня ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сообщил, что травмировал ногу. Он передал информацию специалисту по ОТ и ПБ и начальнику участка. ФИО1 был направлен в мед.пункт.
Специалистом по охране труда и промышленной безопасности ФИО9 составлен протокол опроса должностного лица - мастера строительных и монтажных работ ФИО6ДД.ММ.ГГГГ, пояснения аналогичны письменному объяснению.
По запросу гендиректора ООО «Капстрой» ДД.ММ.ГГГГ ЧУЗ «РЖД-Медицина» было выдано медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, согласно которому у ФИО1 установлен закрытый перелом наружной лодыжки левой голени без смещения отломков (код по МКБ-10 S82.6), относящийся к легкой степени тяжести повреждения здоровья.
Ответчиком представлена Инструкция по охране труда для монтажников стальных и железобетонных конструкций ИОТ-П № разработана ООО «Капстрой» и введена в действие в 2022 г.
Согласно п. 9. Инструкции монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций должен:
-постоянно содержать в чистоте и порядке свое рабочее место;
-не загромождать проходы и проезды материалами и конструкциями;
- располагать необходимые для работы инструменты и приспособления, а также материалы и конструкции в удобном и безопасном месте;
-иметь на рабочем месте индивидуальные средства по оказанию доврачебной помощи пострадавшим.
Пунктом 45 Инструкции предусмотрено, что монтажник должен следить за правильностью складирования доставляемых к объекту бетонных и железобетонных конструкций с выполнением следующих требований:
- разгрузка конструкций должна производиться на выровненную, а в зимнее время на очищенную от снега и льда поверхность;
- высота штабелей фундаментных блоков и железобетонных колец не должна превышать 2,2 м; звенья труб укладываются в вертикальном положении в один ряд или в горизонтальном положении с подкладками, подклинкой против раскатывания и с концевыми упорами;
- при складировании конструкций в два и более яруса необходимо следить за горизонтальностью рядов, не допуская возможности самопроизвольного сползания конструкций;
- штабели конструкций необходимо располагать от края котлована на расстоянии, исключающем возможность обрушения его стенок, но не менее чем на 1 м;
- между штабелями уложенных конструкций должен оставаться проход шириной не менее 1 м.
На основании ходатайства представителя истца ФИО1 ФИО7 определением Октябрьского районного суда <адрес> РБ от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручена экспертам ГБУЗ БСМЭ МЗ РБ.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ срок проведения экспертизы по делу продлен до ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ определение суда от ДД.ММ.ГГГГ возвращено без исполнения, в связи с недостаточность необходимых документов для проведения экспертизы. В этой связи, производство по делу было возобновлено, в адрес истца направлен запрос о предоставлении запрашиваемых экспертным учреждением документов.
От ЧУЗ РЖД Медицина пгт Февральск <адрес> поступили рентген снимки ФИО1
С учетом изложенного суд направил материалы дела и поступившие документы в экспертное учреждения для дальнейшего проведения экспертизы, на основании ч.2 ст.79 Гражданского процессуального кодекса РФ.
Согласно выводам заключения эксперта №-П от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ БСМЭ МЗ РБ у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения имело место телесное повреждение: Закрытый косой перелом наружной лодыжки левого голеностопного сустава со смещением отломков. Это повреждение причинено по механизму тупой травмы, не исключается, ДД.ММ.ГГГГ «при ударе двутавра о левую голень» (учитывая сведения об обстоятельствах дела, данные медицинской документации), по своему характеру вызвало длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше 3 - х недель (для консолидации указанного перелома требуется срок свыше 21 дня), и по этому признаку квалифицируется как причинение вреда здоровью средней тяжести (основания: п.7.1 Приложения к Приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008г. N 194н "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека"; п.5.2.1. Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08.04.2025г. №н "Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека").
В силу пункта 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ выводы эксперта не предопределяют решение суда. Заключение эксперта оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.
Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы в совокупности другими доказательствами делу, суд признает его понятным, основанным на материалах гражданского дела, медицинских документах, в связи с чем признает его относимым, допустимым и достоверным доказательством.
Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов не имеется, сторонами не представлено. Процессуальных нарушений при производстве экспертизы не допущено.
Оснований не доверять и переоценивать выводы экспертов, лиц обладающего специальными познаниями, суд не усматривает.
Частью 1 ст. 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 2 ст. 214 Трудового кодекса РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса РФ).
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 ст. 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты> свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может, возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с - индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.
При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию, морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему, физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).
Разрешая заявленные ФИО1 исковые требования о компенсации морального вреда, в связи с несчастным случаем на производстве, повлекшего причинение вреда здоровью средней тяжести, исходя из юридически значимых обстоятельств, представленных доказательств в их совокупности, с учетом применения норм материального права к спорным правоотношениям, суд приходит к выводу о наличии обязанности ответчика ООО «Капстрой» компенсировать истцу моральный вред, причиненный в результате несчастного случая на производстве, поскольку именно вина работодателя - ответчика находится в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем на производстве.
Доводы ответчика о наличии в действиях истца грубой неосторожности, являющейся основанием для уменьшения размера возмещения вреда в соответствии с пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ, и признает их несостоятельными по следующим основаниям.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Вина потерпевшего не влияет на размер взыскиваемых с причинителя вреда расходов, связанных с возмещением дополнительных затрат (пункт 1 статьи 1085 ГК РФ), с возмещением вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089 ГК РФ), а также при компенсации расходов на погребение (статья 1094 ГК РФ).
Таким образом для снижения размера возмещения вреда требуется установление именно грубой неосторожности потерпевшего и ее прямой причинной связи с возникновением или увеличением вреда. Бремя доказывания этих обстоятельств лежит на причинителе вреда.
Из содержания Акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, составленного комиссией ответчика, усматривается, что в качестве прочих причин несчастного случая квалифицированы «неосторожность, невнимательность, поспешность» истца со ссылкой на пункты 9, 45 Инструкции ИОТ-П № и Технологическую карту ТК-005-2022. Вместе с тем комиссией не установлена степень вины истца, не дана правовая квалификация его действий именно как грубой неосторожности.
Между тем, суд находит, что из Акта о несчастном случает не следует какие именно нарушения, предусмотренные п.9 и 45 Инструкции допущены истцом.
Ответчиком не представлены суду регламент либо иной документ, предписывающий этапы, порядок подготовительных работы для выполнения погрузочно-разгрузочных работ, Технологическую карту на погрузо-разгрузочные работы ТК-005-2022, Инструкцию по охране труда для стропальщика. В связи с этим у суда отсутствует возможность проверить, какие конкретно требования указанных документов были нарушены истцом и насколько эти нарушения являлись грубыми.
Довод ответчика о том, что истец привлечен к материальной ответственности» путем неначисления премии за май 2024 года (приказ №/Э от ДД.ММ.ГГГГ), судом отклоняется. Внутренний приказ работодателя о депремировании не относится к судебным актам, обладающим преюдициальным значением и подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами по правилам статьи 67 ГПК РФ.
Институт материальной ответственности работника (статья 238 ТК РФ) регулирует возмещение работником прямого действительного ущерба работодателю и не может подменять собой оценку вины потерпевшего в деликтных обязательствах по возмещению вреда здоровью. Необжалование истцом приказа о депремировании само по себе не свидетельствует о признании им своей грубой неосторожности в причинении вреда собственному здоровью.
Довод ответчика о том, что вина мастера СМР ФИО6, установленная Актом № от ДД.ММ.ГГГГ и приказом №/ОД от ДД.ММ.ГГГГ, носит общий формализованный характер и сводится лишь к необеспечению текущего контроля, поскольку работодатель не имеет реальной кадровой возможности поставить возле каждого работника сотрудника ИТР, судом также отклоняется как противоречащий требованиям трудового законодательства.
В соответствии с абзацами третьим и пятым пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при разрешении споров о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья работника вследствие несчастного случая на производстве, бремя доказывания исполнения обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника.
Несчастный случай произошел в первую очередь по вине работодателя, не создавшего для работника безопасных условий труда и не обеспечившего надлежащего контроля со стороны ответственных лиц. При этом доводы работодателя о наличии вины самого потерпевшего не могут служить безусловным основанием для снижения размера компенсации, если работодатель не создал безопасные условия и не обеспечил надлежащий контроль.
Применительно к настоящим обстоятельствам судом установлено, что основной причиной несчастного случая с истцом комиссия ответчика признала неудовлетворительную организацию производства работ, а сопутствующей - необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы. Указанные выводы комиссии ответчиком не опровергнуты. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что складирование швеллеров на площадке хранения осуществлялось с соблюдением требований, исключающих возможность их самопроизвольного опрокидывания при выполнении смежных работ.
Ссылка ответчика на невозможность постоянного персонального наблюдения за каждым работником не освобождает работодателя от возложенной статьей 214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасности технологических процессов, соответствию рабочих мест требованиям охраны труда и организации реального, а не формального контроля за соблюдением этих требований. Проведение инструктажей, обучения и выдача средств индивидуальной защиты сами по себе не свидетельствуют о надлежащем исполнении работодателем обязанности по обеспечению безопасности конкретной производственной операции в момент ее выполнения.
При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.
Определяя размер компенсации морального вреда по данному спору, суд исходит из следующего.
Понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяется судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.
Также суд оценивает конкретные обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, учитывает и поведение ответчика, который, имея не только возможность, но и обязанность по выплате компенсации морального вреда, до настоящего времени не предпринял никаких действий по выплате возмещения истцу.
Истцом в обоснование своих доводов представлены бесспорные доказательства наличия у него физических и нравственных страданий, а размер компенсации морального вреда определяется с учетом всех обстоятельств дела.
Таким образом, руководствуясь вышеприведенными нормами закона, и принимая во внимание, фактические обстоятельства дела при которых был причинен моральный вред, материальное положение ответчика, а также требования разумности и справедливости, и учитывая, что компенсация морального вреда должна носить реальный характер, а не символический, в связи с чем, суд считает необходимым требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично, в сумме 200 000 рублей.
Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является разумным и справедливым, соответствующим тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынужден претерпевать в связи с наличием травмы.
Согласно ч. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
Частями 1, 2 и 3 ст. 1086 Гражданского кодекса РФ установлено, что размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.
В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.
Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.
В силу ч. 1 ст. 184 Трудового кодекса РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.
Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.
В пределах расчетного периода, необходимого для определения среднего заработка на дату начала периода утраты заработка 15.05.2024г, подлежат учету доходы за 12 месяцев, предшествующих повреждению здоровья, а именно май 2023 - апрель 2024 г.
Представленными справками 2-НДФЛ за указанный период подтверждены доходы истца, сведениями о трудовой деятельности, представляемыми из информационных ресурсов СФР в отношении ФИО1 подтверждены в исследуемый период места работы - с мая 2023 г. по ДД.ММ.ГГГГ - ООО «СК СЗЭМ», с ДД.ММ.ГГГГ по апрель 2024 г.- ООО «Капстрой».
Доход ФИО1 за расчетный период май 2023 года - апрель 2024 года составляет 144 7914,13 руб.:
(май 2023- выплат нет, июнь 47461,86+4757,34+июль 101826,30+17515,20+август 77270,44+15309,62+23491,20+2617,00+сентябрь 148686,69+18472,45+октябрь 86522,15+270622,63+16566,30+ноябрь 4320,12) + январь 2024: 62565,46+5348,72+февраль 270091,75+март 274465,90, апрель- выплат не произведено).
Средний месячный заработок составляет 120 659,51 руб. (1447914,13 / 12).
Средний дневной заработок для расчета утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при использовании среднего календарного числа дней месяца 29,3 составляет 4118,07 руб. (120659,51 руб./29,3).
Продолжительность периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 57 календарных дней.
Следовательно, размер утраченного заработка за указанный период составляет 234 730,00 руб. (4 118,07 руб.x 57 дней).
При этом из справки о доходах за 2024 год, выданной ОСФР по <адрес>, усматривается, что истцу были произведены выплаты по коду дохода 2300: в мае 2024 года - 4855, 58 руб. (л.д.32), в июле 2024 года - 138 384,03 руб.
Согласно расчетному листу за май, работодателем выплачено ФИО1 за период ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ пособие по временной нетрудоспособности в сумме 7283, 37 рублей.
Указанные суммы подлежат зачету при определении суммы ко взысканию, поскольку направлены на компенсацию утраченного заработка в связи со страховым случаем.
Таким образом, сумма утраченного заработка, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом полученных выплат из Социального фонда, и выплаченного работодателем пособия составляет 84 207,02 руб. (234 730,00 - 4855, 58 - 138 384, 03 - 7283,37)
На основании положений ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.
Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В данном случае, исходя из требований ст.333.19 НК РФ, госпошлина по искам о взыскании компенсации морального вреда составляет 3000 рублей. В соответствии со ст.103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 3000 рублей подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.
Разрешая требование о взыскании с ответчика расходов на оплату юридических услуг и расходов по оплате судебной экспертизы, суд исходит из следующего.
Согласно разъяснениям, изложенных в п.10, 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. При этом, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Уменьшение размера судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, допускается в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Указанные процессуальные нормы направлены на установление условий, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон. Размер вознаграждения представителя зависит от продолжительности и сложности дела, квалификации и опыта представителя.
Кроме того, в силу указанной нормы суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. При этом неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.
Разумность размеров как категория оценочная определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела.
Следовательно, при оценке разумности заявленных расходов необходимо обратить внимание на сложность, характер рассматриваемого спора и категорию дела, на объем доказательной базы по данному делу, количество заседаний, продолжительность подготовки к рассмотрению дела.
Расходы истца на оплату услуг представителя подтверждаются соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому доверитель ФИО1 доверил поверенному ФИО7 оказать юридические услуги по представлению интересов доверителя в Октябрьском районном суде <адрес> по исковому заявлению доверителя к ООО «Капстрой» о взыскании морального вреда и утраченного заработка, в результате полученной травмы на производстве. Вознаграждение в размере 60 000 руб. (п. 15 соглашения) оплачено ФИО1 по квитанции серии АИ № ДД.ММ.ГГГГ.
Учитывая сложность дела, количество судебных заседаний, непосредственное участие представителя истца в судебных заседаниях, объема оказанных юридических услуг, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 35 000 рублей, полагая его разумным и соответствующим трудовым затратам представителя.
Поскольку суд принял во внимание результаты судебной экспертизы в качестве относимого и допустимого доказательства, его выводы положены в основу решения суда, стороной истца - представителем истца ФИО7 внесена оплата за проведение экспертизы за ФИО1 в ГБУЗ БСЭМ МЗ РБ в сумме 31 095 рублей по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате судебной экспертизы в размере 31 095 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199, 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
удовлетворить частично исковые требования Наушербанова Ахмета Мухаметовича к ООО «Капстрой» о взыскании компенсации морального вреда.
Взыскать с ООО «Капстрой» (ИНН 2801101371 ОРГ 1052800013804) в пользу Наушербанова Ахмета Мухаметовича (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., утраченный заработок за период с 15.05.2024 по 10.07.2024 в размере 84 207,02 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 31095 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб.
Ответчик вправе подать в Октябрьский районный суд города Уфы РБ заявление об отмене заочного решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.
Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.
Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Судья Ю.В. Проскурякова
Решение в окончательной форме изготовлено 26 октября 2026 года.