АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
28 июля 2026 года г. Санкт-Петербург
Судья Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга Козин А.С., рассмотрев единолично без проведения судебного заседания частную жалобу ИП Лепихина С.В. на определение мирового судьи судебного участка № 77 Санкт-Петербурга, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 74 Санкт-Петербурга от 27 мая 2026 года по гражданскому делу № 2-2604/2023-74
УСТАНОВИЛ:
01.12.2023 мировым судьей судебного участка № 74 Санкт-Петербурга был постановлен судебный приказ о взыскании задолженности с должника Терешиной (ране Куприн) Екатерины Сергеевны по договору займа № 22581589 от 20.06.2023 в размере 12346,12 руб, а также расходов по уплате госпошлны в размере 246 руб. 92 коп. в пользу ООО МФК «Займер».
26.05.2026 от ИП Лепихина С.В. поступило заявление о замене взыскателя.
Определением мирового судьи от 27.05.2026 ИП Лепихина С.В. отказано в удовлетворении заявления о замене взыскателя.
Не согласившись с указанным определением 15.06.2026 ИП Лепихиным С.В. подана частная жалоба.
В частной жалобе ИП Лепихин С.В. просит отменить данное определение судьи как незаконное и необоснованное, указывая на неправильное применение норм материального права.
Частная жалоба рассмотрена с учетом особенностей, установленных ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Изучив материалы дела, доводы частной жалобы, оснований для отмены определения суда первой инстанции не усматриваю.
Отказывая в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве, мировой судья руководствовался положениями части 1 статьи 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", согласно которой кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, исходил из несоответствия заявителя указанным критериям.
Суд полагает возможным согласиться с указанным выводом с учетом следующего.
Частью 1 статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Статьей 388 ГК РФ предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.
Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.
Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.
Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 названного Кодекса необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника.
Уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку.
Как разъяснено в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.
В соответствии с частью 1 статьи 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), действующей на дату заключения договора уступки прав требований (цессии) от 23 апреля 2025 г., кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном данным Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.
Юридические и физические лица не вправе требовать исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа) в случае, если на момент его заключения первоначальный кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, а на момент уступки прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) новый кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическим лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированным финансовым обществом или физическим лицом, указанным в письменном согласии заемщика, предусмотренном частью 1 статьи 12 настоящего Федерального закона (часть 5 статьи 13 Закона о потребительском кредите).
В соответствии с пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
В силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
Как верно установлено мировым судьей и следует из материалов дела, как на момент заключения кредитного договора, так и на момент заключения договора уступки прав требований (цессии) 01.04.2026 между ООО МКК «ЗаймРесурс» и ИП Лепихиным С.В., Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", с учетом части 1 статьи 3 Федерального закона от 27 декабря 2018 г. N 554-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О потребительском кредите (займе)" и Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях", был установлен законодательный запрет на уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) лицам, не осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, не осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика.
Суд первой инстанции, учитывая, что ИП Лепихин С.В. не внесен в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, письменного согласия заемщика, полученного кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности, материалы дела не содержат, на основании разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" пришел к правильному выводу, что произведенная уступка требования (цессии) по кредитному договору нарушает законодательный запрет, является ничтожной и не порождает прав требования по указанному кредитному обязательству.
Доводы частной жалобы ИП Лепихина С.В. о том, что договор уступки прав требования заключен правомерно, действующему законодательству не противоречит, кредитный договор запрета на уступку Банком своих прав не содержит, суд отклоняет, поскольку в соответствии с законодательством действующим на момент уступки, новый кредитор должен соответствовать требованиям закона, однако им не соответствует.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 334 Гражданского процессуального кодекса РФ,
ОПРЕДЕЛИЛ:
Определение мирового судьи судебного участка № 77 Санкт-Петербурга, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 74 Санкт-Петербурга от 27 мая 2026 года по гражданскому делу № 2-2604/2023-74 оставить без изменения, а частную жалобу ИП Лепихина С.В. без удовлетворения.
Определение вступает в законную силу после его вынесения и подлежит обжалованию в кассационном порядке в президиум Санкт-Петербургского городского суда в течение трех месяцев.
Судья А.С. Козин