РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Чистяковой К.В., при секретаре Саргсян А.М., рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области к Белову Никите Сергеевичу о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее – ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области) обратилось в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Белову Н.С. о взыскании неосновательного обогащения в виде переплаты страховой пенсии по случаю потери кормильца в размере 53 287 руб. 92 коп. В обоснование заявленных требований истец указывает, что Белов Н.С., <дата> рождения, являлся получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца. 21.04.2024 Белов Н.С. обратился в ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Красногвардейский) с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, регистрационный номер заявления <№>, предоставив все необходимые документы, подтверждающие право на получение пенсии после 18-летнего возраста. Решением ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Красногвардейский) от 13.08.2024 № 240000166350/324590/24 ответчику была установлена страховая пенсия в размере 14 772 руб. 78 коп. С 01.09.2022 Белов Н.С. являлся студентом ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. М.А. Бонч-Бруевича». Согласно сведениям, поступившим из ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. М.А. Бонч-Бруевича», Белов Н.С. отчислен из числа обучающихся учебного заведения 26.06.2024 за академическую неуспеваемость (Приказ об отчислении № 829/кс от 01.07.2024). В результате сокрытия факта отчисления из учебного заведения ответчику неосновательно начислены денежные средства за период с 01.07.2024 по 31.10.2024 в размере 59 091 руб. 12 коп. Истцом был сделан запрос в банк об отзыве денежных средств, переведенных ответчику, после чего банк совершил частичный перевод денежных средств в размере 5 803 руб. 20 коп. Таким образом, общая сумма неосновательно начисленных денежных средств ответчику составляет 53 287 руб. 92 коп. Белов Н.С. уведомлялся о переплате, однако, до настоящего времени указанная сумма не возвращена.
Представитель истца в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в исковом заявлении просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя, исковые требования поддерживает, настаивает на их удовлетворении в полном объеме.
Ответчик Белов Н.С. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания, документов, подтверждающих уважительность причин неявки в судебное заседание, не представил, своего представителя в суд не направил.
На основании п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.
Изучив материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, 21.04.2024 Белов Н.С. обратился в ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Красногвардейский) с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, регистрационный номер заявления <№>, предоставив все необходимые документы, подтверждающие право на получение пенсии после 18-летнего возраста. Решением ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Красногвардейский) от 13.08.2024 № 240000166350/324590/24 ответчику была установлена страховая пенсия в размере 14 772 руб. 78 коп.
На основании приказа о зачислении № 922/кс от 18.08.2022, Белов Н.С. был зачислен в число студентов первого курса очной формы обучения ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. М.А. Бонч-Бруевича» на факультет социальных цифровых технологий, контрактная основа.
Согласно справке № 9762/66 от 01.10.2024, представленной ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. М.А. Бонч-Бруевича», Белов Н.С. был отчислен из числа обучающихся учебного заведения 26.06.2024 за академическую неуспеваемость (Приказ об отчислении № 829/кс от 01.07.2024).
В связи с прекращением обучения Белова Н.С. ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Красногвардейский) вынесло решение о прекращении выплаты пенсии от 10.10.2024 № 240000179586.
Протоколом от 29.10.2024 о выявлении излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии и социальных выплат № 8405-25/2905 ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Красногвардейский) выявило факт излишней выплаты Белову Н.С. страховой пенсии в сумме 53 287 руб. 92 коп. за период с 01.07.2024 по 31.10.2024, в связи с несвоевременным сообщением последним об отчислении из учебного заведения, о переводе на заочное обучение (переплата пенсии по СПК).
Также, согласно представленному истцом расчету, за период с 01.07.2024 по 31.10.2024 видно, что ответчику была излишне выплачена пенсия по случаю потери кормильца в размере 59 091 руб. 12 коп., что также подтверждается копией справки об истории выплат. После осуществления перевода указанной суммы истцом был сделан запрос в банк об отзыве денежных средств, переведенных ответчику, в результате чего банк совершил частичный перевод денежных средств в размере 5 803 руб. 20 коп., что следует из расчета переплаты СПК (СП) от 29.10.2024.
В адрес Белова Н.С. было направлено уведомление о добровольном возврате суммы переплаты пенсии, но до настоящего времени денежные средства на счет ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Красногвардейский) возвращены не были.
Согласно п. п. 3 п. 1, п. 3 ст. 11 Федерального закона от 15.12.2001 N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, дети умершей одинокой матери.
На основании п. 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.
В соответствии с ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Как предусмотрено ч. 1 и ч. 2 ст. 28 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Суд, разрешая спор, исходит из положений п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающих, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.
По смыслу положений п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.
При этом добросовестность гражданина - получателя спорных денежных средств презюмируется.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.02.2018 N 10-П "По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", статей 1102 и 1109 ГК РФ в связи с жалобой гражданки Г." содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям (абз. 7 п. 3абз. 7 п. 3 постановления).
Таким образом, нормы ГК РФ о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное и социальное обеспечение.
Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в указанном выше постановлении от 26.02.2018 N 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).
Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде пенсии по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).
Оценивая представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что доказательств, свидетельствующих о заведомой недобросовестности Белова Н.С. при получении пенсии по случаю потери кормильца, пенсионным органом не представлено.
Так представленные в материалы дела заявления о назначении пенсии, возобновлении ее выплаты не содержат отметок об обязанности получателя пенсии сообщать пенсионному органу о прекращении обучения по очной форме, о правовых последствиях не сообщения такой информации.
Имеющиеся в заявлениях-бланках ссылки о предупреждении заявителя о необходимости извещения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии, или прекращения ее выплаты и об ответственности за достоверность сведений, содержащихся в представленных документах, носят общий характер и не конкретизированы.
Доказательств, из которых бы следовало, что Белов Н.С. при его обращении в пенсионный орган была разъяснена обязанность сообщить о прекращении его обучения по очной форме, в деле не имеется.
Напротив, как усматривается из представленных документов, после достижения Беловым Н.С. возраста 18 лет, заявление от 21.04.2024 о возобновлении выплаты социальной пенсии по случаю потери кормильца от него поступило через личный кабинет Пенсионного фонда Российской Федерации с использованием личной цифровой подписи.
В бланке заявления приведена лишь общая информация со ссылками на нормы закона без указания на необходимость сообщать в пенсионный орган о существенных фактах, в частности о факте отчисления из учебного заведения, переводе в иное учебное заведение, изменении формы обучения.
При таких обстоятельствах, учитывая также, что заявление подано ответчиком в пенсионный орган дистанционно, без личного присутствия, суд приходит к выводу о том, что Белову Н.С. не были разъяснены нормы закона, устанавливающие основания для прекращения выплаты пенсии по случаю потери кормильца, в объеме, исключающем их неоднозначное толкование, не доведена доступным для правильного восприятия способом достоверная и полная информация об ответственности заявителя за не информирование органов пенсионного обеспечения об изменении условий для получения пенсии.
Принимая во внимание, что излишняя выплата Белову Н.С. пенсии по случаю потери кормильца за период с 01.07.2024 по 31.10.2024 не является следствием счетной ошибки пенсионного органа, доказательств, подтверждающих факт недобросовестных действий Белова Н.С. при получении пенсии, стороной истца не представлено и по делу не добыто, суд, руководствуясь положениями п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не усмотрел оснований для взыскания с ответчика денежных средств, полученных в виде переплаты пенсии по случаю потери кормильца за период с 01.07.2024 по 31.10.2024.
Недобросовестное поведение Белова Н.С. предполагает, что ответчик не совершил предусмотренные законом действия, достоверно зная о том, что в случае прекращения обучения по очной форме он утрачивает право на получение пенсии по случаю потери кормильца, и зная о своей обязанности сообщить об этом обстоятельстве в пенсионный орган.
Между тем, никаких доказательств того, что Белову Н.С. при обращении за пенсией были разъяснены порядок и условия выплаты пенсии по случаю потери кормильца, основания для прекращения ее выплаты, обязанность сообщить о наступлении этих обстоятельств в пенсионный орган, по делу не представлено. Само по себе наличие в форме заявления ссылок на правовые нормы Федерального закона от 15.12.2001 N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" и Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", при отсутствии сведений о том, что Белов Н.С., не являясь юристом, мог правильно истолковать указанные нормы в их взаимосвязи, не свидетельствует о недобросовестности ответчика, приведшей к излишней выплате пенсии и о наличии оснований для истребования у него излишне полученных сумм.
В связи с изложенным, суд полагает, что в настоящем деле отсутствуют правовые основания для взыскания с Белова Н.С. неосновательного обогащения в виде переплаты страховой пенсии по случаю потери кормильца в размере 53 287 руб. 92 коп., в связи с чем в удовлетворении заявленных ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области исковых требований, надлежит отказать.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области к Белову Никите Сергеевичу о взыскании неосновательного обогащения отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья /подпись/
Мотивированное решение изготовлено 20 марта 2026 года.