РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
28 августа 2026 года г. Иркутск
Свердловский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Захаренко В.В., при секретаре Ершовой О.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 38RS0036-01-2026-003399-08 (2-2992/2026) по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Иркутская электросетевая компания» о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, расходов на оплату услуг представителя, по встречному иску Акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» к ФИО2 о признании договор недействительным, взыскании судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
В Свердловский районный суд г. Иркутска обратилась ФИО2 с иском к АО «Иркутская электросетевая компания» о возложении обязанности исполнить обязательства по договору, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, расходов на оплату услуг представителя.
В основание иска истец указал, что в целях технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств по адресу: <адрес обезличен> между истцом и ответчиком 10.10.2025 заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям <Номер обезличен>-ВЭС (далее – договор).
Счет сетевой организации на сумму 89 907,75 оплачен истцом полностью 10.10.2025, в связи с чем, срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению истек 10.04.2026.
На обращение истца от 16.10.2025 об исполнении обязательств со стороны АО «ИЭСК», ответчик 17.10.2025 письменно сообщил, что процедура технологического присоединения будет завершена в срок, предусмотренный условиями договора <Номер обезличен>-ВЭС.
06.03.2026 истец повторно обратился к ответчику с просьбой исполнить обязательства по договору <Номер обезличен>-ВЭС об осуществлении технологического присоединения, однако на момент предъявления иска ответчик взятые на себя обязательства не исполнил.
На основании изложенного, уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), ФИО2 просит суд взыскать с АО «ИЭСК» в свою пользу неустойку за неисполнение обязательств по договору № <Номер обезличен>-ВЭС от 10.10.2025 за период с 11.05.2026 по 02.07.2026 в размере 18 655,86 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 25 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, расходы на услуги представителя в размере 40 000 рублей.
Не согласившись с заявленными требованиями, АО «ИЭСК» предъявлено встречное исковое заявление к ФИО2 о признании договора о технологическом присоединении ничтожным.
В обоснование доводов встречного иска АО «ИЭСК» полагает, что договор об осуществлении технологического присоединения <Номер обезличен>-ВЭС от 10.10.2025 заключен с нарушением законодательства о технологическом присоединении и правил публичного договора. Так, сетевая компания указывает, что фактическим выгодоприобретателем по льготному подключению является супруг ФИО2 - ФИО5, который является застройщиком целой улицы (36 жилых домов) и ранее подавал комплексную заявку на присоединение, от которой отказался из-за высокой стоимости.
По мнению АО «ИЭСК», основанием для признания договора недействительным является злоупотребление правом со стороны ФИО2, указав, что ФИО5 (застройщик) сдал участки в аренду на 18 месяцев (срок, недостаточный для строительства и проживания). Арендаторы и сама ФИО2 подали заявки на льготное присоединение (до 15 кВт, бытовое использование) через одного и того же представителя (ФИО6) по идентичным доверенностям.
Схема указанных действий, по мнению заявителя, направлена на получение льготной платы за счет сетевой организации в интересах застройщика, который обязан был платить по комплексному договор.
Также АО «ИЭСК» полагает, что договор является притворным, так как скрывает реальную цель — подключение объектов капитального строительства застройщика.
Заключение договора <Номер обезличен>/ВЭС от 10.10.2025 само по себе нарушает публичный порядок заключения договоров данного вида. Условия публичного договора не могут устанавливаться исходя из преимуществ отдельных потребителей, если законом не предусмотрено. ФИО2 не имела права на льготу, так как фактическим пользователем является предприниматель (застройщик) ФИО5 Применение льготной ставки к лицу, не имеющему на нее права, делает условие о цене ничтожным.
Так же при обращении с заявкой на осуществление технологического присоединения и последующим заключении договора технологического присоединения, ФИО2 не предоставила документы, подтверждающие право владения земельным участком, а также комплексную схему инженерного обеспечения территории, обязательную при комплексном развитии. Заявитель умолчала об обстоятельствах, что подключение осуществляется в рамках комплексной застройки, и не предоставила согласованную с сетевой организацией схему, что лишило АО «ИЭСК» возможности планировать развитие сетей и контролировать параметры.
На основании изложенного, АО «ИЭСК» просит суд признать недействительной (ничтожной) сделкой договор об осуществлении технологического присоединения <Номер обезличен>-ВЭС от 10.10.2025, заключенные между АО «ИЭСК» и ФИО2, как совершенные в нарушение статей 10, 168, 179, 180 Гражданского кодекса Российской Федерации; взыскать с ФИО2, в свою пользу судебные расходы в размере 20 000 рублей.
<Дата обезличена> в суд поступило уточненное исковое заявление представителя истца ФИО7, которое содержит заявление об отказе от исковых требований к АО «ИЭСК»в части возложения на ответчика обязанности исполнить обязательства по договору <Номер обезличен>-ВЭС от <Дата обезличена> об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств, расположенных на земельном участке по адресу: <адрес обезличен> со дня вступления решения суда в законную силу, а также от взыскания судебной неустойки за неисполнение решения суда в размере 1 000 рублей за каждый день неисполнения решения суда, в виду фактического исполнения ответчиком обязательств по технологическому присоединению.
Определением Свердловского районного суда г. Иркутска от 28.08.2026 принят отказ от исковых требований истца ФИО2 в указанной части, производство по делу прекращено.
Истец по первоначальному иску – ответчик по встречному иску ФИО2, ее представитель ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явились, извещены о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Представители ответчика по первоначальному иску – истца по встречному иску в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили. Об отложении судебного заседания не просили.
Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.
Суд полагает возможным провести судебное разбирательство в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, в соответствии с частями 3, 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).
Огласив исковое заявление, встречное исковое заявление, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему выводу.
Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, основным видом деятельности АО «ИЭСК» является передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям.
В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
Пунктом 1 статьи 420 ГК РФ предусмотрено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
Граждане свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 ГК РФ).
Согласно пункту 4 названной нормы условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).
Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Согласно статьям 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.
В силу положений статьи 328 ГК РФ встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств. Ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне.
Юридически значимыми являются обстоятельства того, какой из сторон должно быть осуществлено первоначальное, а какой последующее исполнение, а также обстоятельства установления невозможности исполнения одного требования в отсутствие исполнения другого.
Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).
В силу статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, в том числе объектов микрогенерации, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее также - технологическое присоединение), осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер. Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом.
Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861) урегулирован порядок технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей, в том числе выполнение мероприятий по технологическому присоединению, распределению обязанностей между сторонами по исполнению технических условий (выполнению каждой из сторон мероприятий по технологическому присоединению до точки присоединения, при этом урегулирование отношений с иными лицами осуществляется сетевой организацией).
Пунктом 3 Правил предусмотрено, что сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им настоящих Правил и наличии технической возможности технологического присоединения.
Независимо от наличия или отсутствия технической возможности технологического присоединения на дату обращения заявителя сетевая организация обязана заключить договор с лицами, указанными в пунктах 12.1, 14 и 34 настоящих Правил, обратившимися в сетевую организацию с заявкой на технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих им на праве собственности или на ином предусмотренном законом основании (далее - заявка), а также выполнить в отношении энергопринимающих устройств таких лиц мероприятия по технологическому присоединению. К числу указанных лиц в соответствии с п. 14 Правил относятся физические подавшие заявку в целях технологического присоединения энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых составляет до 15 кВт включительно (с учетом ранее присоединенных в данной точке присоединения энергопринимающих устройств), которые используются для бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и электроснабжение которых предусматривается по одному источнику.
Согласно пункту 4 Правил, любые лица имеют право на технологическое присоединение построенных ими линий электропередачи к электрическим сетям в соответствии с настоящими Правилами.
Технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные настоящими Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации. При необоснованном отказе или уклонении сетевой организации от заключения договора заинтересованное лицо вправе обратиться в суд с иском о понуждении к заключению договора и взыскании убытков, причиненных таким необоснованным отказом или уклонением (пункт 6 Правил).
Из Правил присоединения следует, что на сетевую организацию возлагается не только обязанность по осуществлению собственно мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к электрическим сетям, но и целого ряда подготовительных мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, включая строительство новых линий электропередачи, подстанций, увеличения сечения проводов, кабелей, замена или увеличение мощности трансформаторов, расширение распределительных устройств, модернизация оборудования, реконструкция объектов электросетевого хозяйства, установка устройств регулирования напряжения для обеспечения надежности и качества электрической энергии и т.п.
При этом из подпункта «б» пункта 25 и подпункта «б» пункта 25(1) Правил присоединения следует, что сетевая организация обязана осуществить эти подготовительные мероприятия за свой счет в отношении любых заявителей.
Сопоставление перечня содержащихся в подпункте «б» пункта 25 и подпункта «б» пункта 25(1) Правил присоединения мероприятий с пунктом 28 тех же правил, определяющим критерии наличия технической возможности технологического присоединения, позволят сделать вывод о том, что эти мероприятия, по существу, направлены на обеспечение технической возможности технологического присоединения.
Таким образом, в силу приведенных положений Закона об электроэнергетике и Правил присоединения обеспечение технических условий технологического присоединения в отношении любого обратившегося к сетевой организации заявителя является неотъемлемой частью обязанностей сетевой организации по соответствующему публичному договору.
С учетом изложенного на сетевой организации лежит обязанность не только по совершению мероприятий по технологическому присоединению в рамках договора присоединения, но и совершению действий по обеспечению технических условий технологического присоединения, в том числе по урегулированию отношений с любыми третьими лицами по вопросу исполнения мероприятий по технологическому присоединению.
Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от 11.04.2026 земельный участок, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, кадастровый <Номер обезличен> принадлежит на праве собственности с 19.04.2024 ФИО5
В ходе судебного разбирательства судом установлено, и из материалов дела следует, что между ФИО2 и АО «ИЭСК» (сетевая организации) 10.10.2025 заключен договор <Номер обезличен>-ВЭС об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств. Согласно пункту 1 договора, сетевая организация принимает на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя: здания (строения, сооружения), в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство и реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом следующих характеристик: максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств составляет 15 кВт; категория надежности: III (третья); класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение: 0,4 кВ.
В соответствии с пунктом 2 договора, технологическое присоединение необходимо для энергоснабжения бытовки, расположенной на земельном участке по адресу: <адрес обезличен>. Точка присоединения указана в технических условиях для присоединения к электрическим сетям и располагается на расстоянии 15 метров от границы участка заявителя, на котором располагаются (будут располагаться) присоединяемые объекты заявителя (пункт 3). Технические условия являются неотъемлемой частью настоящего договора и приведены в приложении. Срок действия технических условий составляет 2 года со дня заключения настоящего договора (пункт 4). Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения настоящего договора (пункт 5).
В силу пункта 6 (абзац 1) договора, сетевая организация обязуется надлежащим образом исполнить обязательства по настоящему договору, в том числе по выполнению возложенных на сетевую организацию мероприятий по технологическому присоединению (включая урегулирование отношений с иными лицами) до границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя, указанные в технических условиях.
Заявитель обязуется, в том числе надлежащим образом исполнить обязательства по настоящему договору, в том числе по выполнению возложенных на него мероприятий по технологическому присоединению до точки присоединения, указанных в технических условиях (пункт 8 договора).
Пунктом 10 договора предусмотрено, что размер платы за технологическое присоединение составляет 89 907,75 рублей.
Факт оплаты истцом технологического присоединения в размере 89 907,75 рублей подтверждается чеком по операции от 10.10.2025 и ответчиком в ходе судебного разбирательства не оспаривался.
Согласно пункту 21 договора от 10.10.2025, настоящий договор считается заключенным со дня оплаты заявителем счета для внесения платы (части платы) за технологическое присоединение.
Таким образом, исходя из условий пункта 5, 10, 21 договора <Номер обезличен>-ВЭС от 10.10.2025 о технологическом присоединении, даты оплаты истцом технологического присоединения 10.10.2025, срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению истекает 10.04.2026.
Согласно материалам дела, 16.10.2025, ФИО2 (в лице представителя ФИО8) обратилась в сетевую организацию с уведомлением о выполнении технических условий, предусмотренных договором об осуществлении технологического присоединения <Номер обезличен>-ВЭСот 10.10.2025.
Вместе с тем, ответчиком мероприятия по технологическому присоединению к электрическим сетям выполнены лишь 02.07.2026, что подтверждается актом о допуске в эксплуатацию прибора учета электрической энергии <Номер обезличен>-ВЭСот 02.07.2026.
Таким образом, в ходе судебного заседания судом установлен факт нарушения сетевой организацией сроков выполнения мероприятий по технологическому присоединению.
В соответствии с пунктом 4 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.
В пункте 3 статьи 401 ГК РФ указано, что, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.
В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.
Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.
Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.
Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.
Обязанность доказывать наличие обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства перед истцом, лежит именно на ответчике, между тем, ответчиком не приведено доказательств наличия у него исключительных обстоятельств, которые явились причиной надлежащего исполнения обязательств, указанные ответчиком в жалобе обстоятельства таковым не является.
Пунктом 17 договора от 10.10.2025 предусмотрено, что сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 0,25 % от указанного общего размера платы за каждый день просрочки. При этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определенный в предусмотренном настоящем абзацем порядке за год просрочки.
Истцом представлен расчет неустойки в размере 18 655,86 рублей.
Проверив расчет неустойки, представленный истцом, суд соглашается с ним, находит его математически верным (89 907,75 рублей (сумма по договору) х 0,25% (ставка по договору) х 83 дня (период просрочки с 11.04.2026 по 02.07.2026) = 18 655,86 рублей), произведенным в соответствии с условиями договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 10.10.2025.
Указанный расчет ответчиком не оспорен.
Согласно пункту 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1998 № 2300-1 «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.
Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 28).
Каких-либо обстоятельств, позволяющих ответчика освободить от ответственности в виде выплаты неустойки, АО «ИЭСК» в ходе судебного разбирательства не заявлено, в связи с чем, суд находит ФИО2 о взыскании неустойки, законными и обоснованным.
Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении размера взысканной неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, приходит к следующему выводу.
Применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым (пункт 34).
Из приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что полное или частичное освобождение исполнителя от ответственности за нарушение прав потребителя может иметь место в случае непреодолимой силы или иных оснований, которые предусмотрены законом.
Основанием для уменьшения размера неустойки, подлежащей взысканию с исполнителя в пользу потребителя, являются лишь исключительные случаи несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств.
Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении размера взысканной неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, суд приходит к выводу, что ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих наличие оснований для освобождения сетевой организации от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства по договору, в связи с чем, суд находит его неподлежащим удовлетворению.
Статьей 15 Федерального закона от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно положениям статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
Учитывая конкретные обстоятельства дела, принимая во внимание, что АО «ИЭСК» нарушило права истца как потребителя, не исполнив надлежащим образом свои обязательства по договору об осуществлении технологического присоединения, суд с учетом требований разумности и справедливости, срок нарушения обязательств, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 3 000 рублей.
В силу пункта 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В силу разъяснения, содержащегося в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлено ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).
В связи с чем, учитывая, что обязанности по технологическому присоединению АО «ИЭСК» исполнило уже после предъявления настоящего искового заявления и возбуждения гражданского дела, удовлетворение требований ФИО2, суд приходит к выводу, что с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 10 827,93 рублей (3 000 рублей компенсация морального вреда + 18 655,86 рублей сумма взысканной неустойки) х 50%).
Суд, учитывая, что истец в соответствии с подпунктом 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) освобожден от оплаты государственной пошлины при обращении в суд с иском, связанным с нарушением прав потребителя, приходит к выводу, что в соответствии с требованиями части 1 статьи 103 ГПК РФ, пункта 6 статьи 52, подпункта 1, 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ, статей 61.1, 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, сумма государственной пошлины, подлежащая взысканию с ответчика в бюджет муниципального образования города Иркутска составляет 7 000 рублей (4 000 рублей за требования имущественного характера + 3 000 рублей за требования неимущественного характера о взыскании морального вреда).
Рассмотрев доводы встречного иска АО «ИЭСК» о недействительности договора об осуществлении технологического присоединения в силу положения статей 168, 170 ГК РФ, суд приходит к следующему выводу.
Согласно статье 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 26 марта 2003 г. № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, в том числе объектов микрогенерации, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации и носит однократный характер.
В соответствии с пунктом 3 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. № 861 (далее - Правила технологического присоединения), сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им указанных Правил (абзац 1).
Независимо от наличия или отсутствия технической возможности технологического присоединения на дату обращения заявителя сетевая организация обязана заключить договор с лицами, указанными в пунктах 12.1, 14 и 34 названных Правил, обратившимися в сетевую организацию с заявкой на технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих им на праве собственности или на ином предусмотренном законом основании, а также выполнить в отношении энергопринимающих устройств таких лиц мероприятия по технологическому присоединению (абзац 2).
Согласно пункту 6 этих же Правил, технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные указанными Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации. При необоснованном отказе или уклонении сетевой организации от заключения договора заинтересованное лицо вправе обратиться в суд с иском о понуждении к заключению договора и взыскании убытков, причиненных таким необоснованным отказом или уклонением.
Для заключения договора заявитель направляет заявку в сетевую организацию, объекты электросетевого хозяйства которой расположены на наименьшем расстоянии от границ участка заявителя, с учетом условий, установленных пунктом 8(1) названных Правил. В случае если в соответствии с Правилами в целях технологического присоединения предусматриваются разработка и согласование схемы выдачи мощности объекта по производству электрической энергии (далее - схема выдачи мощности) или схемы внешнего электроснабжения энергопринимающего устройства, заявка подается в сетевую организацию, определенную в соответствии с рекомендуемым вариантом прилагаемой к заявке схемы выдачи мощности или схемы внешнего электроснабжения (абзац 1 пункта 8 Правил технологического присоединения).
Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.
Порядок технологического присоединения энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц, процедура технологического присоединения, существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям и критерии наличия (отсутствия) технологической возможности технологического присоединения регулируются Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861).
В соответствии с пунктом 4 Правил № 861 любые лица имеют право на технологическое присоединение построенных ими линий электропередачи к электрическим сетям в соответствии с настоящими Правилами.
По договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством РФ об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).
В соответствии с абзацами 4, 7 и 8 пункта 8(3) Правил №861, заявители вправе направлять заявку и прилагаемые документы посредством официального сайта сетевой организации или иного официального сайта в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", определяемого Правительством РФ. Сетевая организация обязана обеспечить принятие в электронном виде заявок и прилагаемых документов от заявителей и возможность получения заявителем сведений об основных этапах обработки заявок юридических и физических лиц и индивидуальных предпринимателей на технологическое присоединение к электрическим сетям.
В пунктах 9 - 10 Правил № 861 содержится перечень информации/документов, которые указываются/прилагаются к заявке.
Абзацем 12 пункта 15 Правил № 861 установлено, что сетевая организация в течение 3 рабочих дней рассматривает заявку, а также приложенные к ней документы и сведения и проверяет их на соответствие требованиям, указанным в пунктах 9, 10 и 12 - 14 настоящих Правил.
При отсутствии сведений и документов, указанных в пунктах 9, 10 и 12 - 14 настоящих Правил, сетевая организация не позднее 3 рабочих дней со дня получения заявки направляет заявителю уведомление, содержащее указание на сведения (документы), которые в соответствии с настоящими Правилами должны быть представлены заявителем в дополнение к представленным сведениям (документам), а также указание на необходимость их представления в течение 20 рабочих дней со дня получения указанного уведомления. При этом сетевая организация приостанавливает рассмотрение заявки до получения недостающих сведений и документов.
В случае непредставления заявителем недостающих документов и сведений в течение 20 рабочих дней со дня получения указанного уведомления сетевая организация аннулирует заявку и уведомляет об этом заявителя в течение 3 рабочих дней со дня принятия решения об аннулировании заявки.
После получения недостающих сведений от заявителя сетевая организация рассматривает заявку и направляет заявителю для подписания заполненный и подписанный ею проект договора в 2 экземплярах и технические условия (как неотъемлемое приложение к договору) в сроки, предусмотренные настоящим пунктом для соответствующей категории заявителя, исчисляемые со дня представления заявителем недостающих сведений.
Как ранее установлено судом, между ФИО2 и АО «ИЭСК» (сетевая организации) 10.10.2025 заключен договор <Номер обезличен>-ВЭС об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств по адресу: <адрес обезличен>.
Заявителю выданы технические условия, которые были исполнены им 06.06.2026, что подтверждается 16.10.2025 и не оспаривалось сетевой организацией.
Вместе с тем, в силу действующего законодательства, при несоответствии заявки заявителя, требованиям Правил <Номер обезличен>, сетевая организация обязана была аннулировать заявку на технологическое присоединение и уведомить об этом заявителя в течение 3 рабочих дней со дня принятия решения об аннулировании заявки, а не выдавать спорный договор.
АО «ИЭСК» заявку на технологическое присоединение не аннулировало, напротив 10.10.2025 заключило договор об осуществлении технологического присоединения с ФИО2
Таким образом, суд приходит к выводу, что при заключении сторонами договора об осуществлении технологического присоединения <Номер обезличен>-ВЭС требования закона были полностью соблюдены, договор заключен в полном соответствии с установленным законом порядком.
Оценивая оспариваемую сделку с позиций ее действительности, суд приходит к выводу, что в настоящем случае заключение договора об осуществлении технологического присоединения ФИО2, в отношении земельного участка, принадлежащего ФИО5 не влечет его недействительность.
Не являются основанием для признания договора о технологическом присоединении от 10.10.2025 недействительным и доводы АО «ИЭСК» о непредставлении ФИО2 документов, подтверждающих права владения земельным участком с кадастровым номером 38:06:100801:9072.
Согласно части 1 статьи 256 ГК РФ, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
В соответствии с пунктом 35 Семейного кодекса Российской Федерации, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1). При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга (пункт 2).
Согласно свидетельству о заключении брака <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, между ФИО9 и ФИО5 <Дата обезличена> заключен брак, жене присвоена фамилия ФИО11.
Спорный земельный участок с кадастровым номером <Номер обезличен> приобретен ФИО10 <Дата обезличена>, т.е. на момент брачных отношений с истцом.
Таким образом, в силу положений действующего законодательства, земельный участок с кадастровым номером <Номер обезличен> является общим имуществом супругов ФИО11, право пользования и распоряжения указанным участком, независимо от регистрации права собственности на указанный объект невидимости за ФИО5, принадлежит и ФИО2 Соответственно, представление дополнительных документов (договор аренды либо иной договор), подтверждающих право пользование ФИО2, земельным участком, не требовалось.
Также АО «ИЭСК» в качестве основания для признания сделки недействительной, ссылается на заключение указанного договора под влияние обмана.
В соответствии с абзацем 1 пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (абзац 2 указанного пункта).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах 3, 4 и 5 пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 1324-О следует, что содержащееся в действующей редакции абзаца третьего пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование, устанавливающее условия, при наличии которых сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, направлено на защиту права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделок и одновременно - на обеспечение баланса прав и законных интересов обеих сторон сделки.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении имущества (пункт 2 статьи 218 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Проверяя доводы сетевой организации, судом не установлено наличие обмана со стороны ФИО2 при заключении оспариваемой сделки.
При заключении оспариваемого договора, сетевой организации достоверно было известно о том, что земельный участок, принадлежит на праве собственности ФИО5 Ранее, как указывает АО «ИЭСК» ФИО5 обращался с заявкой на осуществление технологического присоединения 36 объектов, в числе которых входил и спорный земельный участок. Указанное исключает доводы сетевой организации о намеренном обмане со стороны ФИО2 при заключении оспариваемого договора, и скрытии информации о заключении такого договора в интересах ФИО5 для ведения им предпринимательской деятельности.
Вопреки доводам АО «ИЭСК», наличие признаков злоупотребления правом со стороны ФИО2 судом не установлено.
Не находит суд оснований для признания договора о технологическом присоединении от 10.10.2025 и притворной сделкой.
Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.
Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.
В данном случае материалами дела не подтверждается, что заключая договор технологического присоединения, стороны преследовали цель заключить иную сделку, создаваемую иные права и обязанности по отношению каждой из сторон. Напротив каждая из сторон подтверждает, что целью заключения договора было присоединение энергопринимающих устройств ФИО2 в электрических сетям.
На основании изложенного, встречные исковые требования АО «Иркутская электросетевая компания» к ФИО2 о признании недействительным договора об осуществлении технологического присоединения <Номер обезличен>-ВЭС от 10.10.2025 не подлежат удовлетворению.
Требования о взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 20 000 рублей, не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными требованиями по встречному иску, в удовлетворении которых судом отказано.
Суд, рассмотрев исковые требования о взыскании судебных расходов, приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
На основании статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.
В силу требований части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В соответствии с частью 1 статьи 101 ГПК РФ при отказе истца от иска понесенные им судебные расходы ответчиком не возмещаются. Истец возмещает ответчику издержки, понесенные им в связи с ведением дела. В случае, если истец не поддерживает свои требования вследствие добровольного удовлетворения их ответчиком после предъявления иска, все понесенные истцом по делу судебные расходы, в том числе расходы на оплату услуг представителя, по просьбе истца взыскиваются с ответчика.
На основании части 1 статьи 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.
В судебном заседании установлено, что между истцом (заказчик) и ФИО6, ФИО7 (исполнитель) заключен договор серия <Номер обезличен> от 09.04.2026 оказания юридической помощи (далее - Договор), в соответствии с которым согласно п. 1.1 Договора, клиент поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство представлять клиента (вести гражданские дела) в судебных органах г. Иркутска на всех стадиях судебного производства, в том числе в судах апелляционной и кассационной инстанций по иску о понуждении исполнить обязательства по договору <Номер обезличен>-ВЭС от 10.10.2025 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств по адресу: <адрес обезличен> а клиент обязуется оплатить Исполнителю обусловленное настоящим договором вознаграждение. В рамках настоящего договора ведение гражданского дела клиента включает в себя изучение имеющихся у клиента документов об обстоятельствах дела, предварительное заключение о судебной перспективе дела, в том числе о юридической обоснованности обращения в суд, включая юридическую помощь при формировании позиции Клиента по делу, представительство от имени клиента в судебном производстве по делу, включая участие в рассмотрении гражданского дела, совершение от имени клиента всех процессуальных действий, в том числе составление, подписание и подача искового заявления, возражений, пояснений, дополнений по делу; ознакомление с материалами дела; участие в судебных заседаниях; заявление отводов, представление доказательств и ознакомление с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле, участие в исследовании доказательств, постановка вопросов другим участникам гражданского дела, заявление ходатайств, дача объяснений, изложение заявлений и приведение своих доводов по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам; ознакомление с ходатайствами, заявленными другими лицами, изложение возражений против ходатайств, доводов других лиц, участвующих в деле. Размер вознаграждения по настоящему договору составляет 40 000 руб. (пункты 1, 2, 7 договора).
Согласно п. 8 вышеуказанного договора, договор является распиской, подтверждающей передачу клиентом исполнителю денежных средств, в указанном пункте 7 настоящего договора, размере.
Анализ материалов гражданского дела показывает, что интересы истца в ходе судебного разбирательства представляла ФИО7, действующая на основании нотариальной доверенности, которая подготовила и подала исковое заявление, возражения на встречное исковое заявление, принимала участие в подготовке дела к судебному разбирательству, в судебных заседаниях 11.06.2026 и 30.06.2026, где давала пояснения и представляла доказательства в обоснование доводов заявленных требований.
Как разъяснено в пунктах 1, 10, 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1), принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).
Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).
При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.
Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1, в случаях прекращения производства по делу, оставления заявления без рассмотрения судебные издержки взыскиваются с истца.
Суд, оценивая представленные доказательства, подтверждающие реальность несения судебных расходов, учитывая категорию и особенности рассмотрения настоящего гражданского дела, которое не представляло особой правовой и фактической сложности, срок рассмотрения дела, объем работы представителя, предмет и срок действия договора, соблюдение принципов разумности и справедливости, конкретные действия представителя, приходит к выводу, что требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению частично, поскольку взыскание расходов в размере 40 000 рублей носит явно неразумный (чрезмерный) характер, в связи с чем, в соответствии со статьями 88, 94, 98, 100 ГПК РФ, пунктами 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1, с истца в пользу ответчика подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, в остальной части требования заявления удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 (СНИЛС <Номер обезличен>) к Акционерному обществу «Иркутская электросетевая компания» удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» в пользу ФИО2 (СНИЛС <Номер обезличен>) неустойку в размере 18 655 рублей 86 копеек, компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей, за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 10 827 рублей 93 копейки, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.
В удовлетворении исковых требований ФИО2 к акционерному обществу «Иркутская электросетевая компания» в большем размере - отказать.
Взыскать с акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» в доход бюджета муниципального образования города Иркутска государственную пошлину в размере 7 000 рублей.
Встречное исковое заявление Акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» к ФИО2 о признании договора недействительным, взыскании судебных расходов оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд города Иркутска в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья В.В. Захаренко
Мотивированный текст решения изготовлен 11 сентября 2026 года.